Нечистая сила

Она в сердцах стукнула ступу разводным ключом, который намедни отняла у забредшего на огонёк тракториста. Сельский-то труженик после тёплой встречи так вышел из ума и памяти, что даже путём не смог объяснить назначение этой фигуристой железяки. Да, не надо было ей появляться сразу во всей красе. Недаром говорят селяне, что ежели поспешишь, кого хочешь до гробовой доски рассмешишь. Тракторист этот так и убежал в чащобу, хохоча во всё горло и нагоняя страх даже на кикимор.

– Бабушка, полно печалиться, – услыхала она за спиной нежный голосок Золушки.

 – А не то пойдём и словно у приёмной матушки в терему, переберём два мешка овса пополам с чечевицей. Как раз к утру управимся. Все чёрные думы-то и отлетят прочь, как залётные мышки при солнцевосходе, – и она покорно сложила ручки на передничке.

– Тебе бы, неуёмная девица, лишь бы какую работу работать за-ради трудоустройства. Не зря мачеха крова лишила, как, кстати, и твоего отца, женского подседельника.

– А где тятя мой, Ермолай фон Цурюк, обедневший барон Курляндский? – прошелестела побелевшими губами девушка.

– В богадельне он. Переселился туда после того как всё твоё наследство новым дочкам раздарил.

– Не верю, – вскричала теперь уже полная нищенка. – Папаша в разуме был.

– Был да сплыл, как говорится в ваших краях. Этой ночью ваш домовой Гришаня со скорбной вестью прибегал. Тебя не будили, чтоб не пугать до смерти. Любит он тебя. Говорил, что не раз ему под печку лапоть со щами ставила. Велел предупредить, что нет тебе обратной дороги к дому.

Мачеха грозилась отравить тебя, чем ни попадя. Полюбовался тобою сонной да и ушёл восвояси. Такие скорбные дела, девушка.

– А куда же мне теперь? – сквозь слёзы и сопли выдохнула сиротина.

– Куда глаза глядят, – успокоила бабушка, – Чего реветь, раз на родину хода нет и принца на белом коне ты тоже просрала?

– Так я хрустальный башмачок и промерить не успела. Зазря тогда колдунам поверила, в ихние наряды как в свои облачилась да на царский бал до полуночи плясать отправилась.

А когда по туфельке меня искать стали, мачеха ведь скороходов опоила, а башмачок выкрала ради дочек своих, хоть и не подошла обувка для чужих лап.

– Знаю. Тех гонцов потом обезглавили за пьянство на рабочем месте. Я бы четвертовала или вовсе прилюдную расчленёнку по мешкам устроила. А тебе бы самой надобно было в замок стучаться, принца на испуг брать. Мол, как хороводиться и прочее грехопадение, так медведём, а как отвечать, то мелким зайцем.