Нечистая сила

– Силь ву плэ, – неожиданно для себя брякнула Яга, – проходите мадам, присаживайтесь, – и она указала на муравейник, где недавно грела ноги озабоченная Избушка.

– Мерси боку, – жеманно выдавила из себя голова синими губами, но осталась стоять, всем своим гордым видом выказывая способность к осознанной деятельности. На том общение дам и закончилось, не перейдя в тесное знакомство.

– Так зачем ты, Кощеюшка до уговорного срока пожаловал? – вернулась к своим баранам Яга.

Кощей Бессмертный не торопясь свернул другую цигарку из козьего помёта на треть с сушёным мухомором, затянулся, так что из под рёбер дым повалил и просительно, с оттенком доверия, произнёс:

– А заводи-ка, подруга дней моих суровых, свою ступу.

Сгоняем в страны Восточные, похлебаем шурпу с баранинкой да навестим старого знакомца по прозванию Али-Баба. Должок за ним ещё со дня святого Сильвестра Курятника.

– С какой это стати по свету мотаться? – непреклонно отрезала Яга. Однако бабье любопытство, в обход разума, тут же взяло верх и она помягчела:– Про какой такой должок сказываешь, Кощеюшка?

– При посторонних промолчал бы, но тебе скажу, – с придыханием, как бы выдавая страшную тайно, но явно набивая себе цену, Кощей зачастил:– Поведаю тебе как приятельнице и подельнице в наших скорбных делах.

Мой приятель, хоть и восточный Али-Баба, но деньгу любит всё больше единолично, а потому часто без какой-либо завалящей бабы обретается. То есть мошной трясти ради гарема не любит, хотя до свеженины большой охотник. Чтоб и молоденькая, и с опытом лет.

– Проще говоря, такой же как и ты пакостник. Говори по сути, не залезая под юбку, – перебила Яга, не любившая сальностей в серьёзных разговорах.

– Куда короче? – обиделся Бессмертный на такую напраслину. – В запрошлом месяце как раз на Силивестра Курятника был я приглашён на раут, – тут он приосанился и задрал нос, – был любезно приглашён в замок к старому знакомцу Синей Бороде. Гуляли, как умели, всей подноготной европейской знатью, весело и до слёз.

Один Али-Баба бобылём грустил по углам. Вот и попросил меня посодействовать с прелестницей. А Синяя Борода как раз о ту пору готовил к закланию свою седьмую жену Трифину. То есть уже повёл обманным путём молодуху в потайную комнату, где всех освежёванных подруг жизни складывал, – на этом Кощей замолчал и предался воспоминаниям. Но не прошло и получаса, как он со смехом продолжил:– Скажу тебе, Ягушка, большой затейник эта Борода.