Тысяча первая ночь и утро следующего дня

Солдаты, озлобленные ночным нападением, уже успели над ним поработать – лицо задержанного представляло из себя один сплошной синяк. Видать, здесь также нашлись свои специалисты по «действенным» методам и быстрым допросам. Он сидел неподвижно и смотрел прямо перед собой невидящим взглядом. Человек не проронил ни слова с того самого момента, как оставшиеся в живых гвардейцы подобрали его на краю дороги после ожесточенного столкновения с группой подозреваемых. Впрочем, теперь уже не подозреваемых, а вполне конкретных преступников – дерзких, отчаянных и отлично подготовленных, судя по тому, с какой легкостью им удалось положить половину отряда национальной гвардии.

В последние дни военным руководством были приняты повышенные меры безопасности, и в патруле стояли далеко не новобранцы, а бывалые солдаты, прошедшие усиленную подготовку и имевшие опыт боевых действий. Но всего лишь несколько минут боя – и джипы с нападавшими растворились в темноте пустыни, оставив после себе горящие грузовики, тела солдат и ещё этого странного человека в пыли на дороге.

Само по себе вооруженное нападение на правительственный пост было из ряда вон выходящим происшествием, но в данном случае ситуация усугублялась ещё и временем его возникновения. Через несколько дней миллионы людей со всего света начнут прибывать в Королевство, и внимание всего мира будет приковано к этому месту. Нельзя будет допустить даже малейших проявлений нестабильности. Похоже, что у людей, стоящих гораздо выше генерала Рашида, были все основания предполагать и опасаться, что эта ночная вылазка – всего лишь начало других, гораздо более серьёзных событий. Неслучайно его подняли среди ночи и спешно перебросили спецрейсом с южной границы, где он успел зарекомендовать себя эффективными мерами по подавлению сепаратистов.

Генерал вновь посмотрел на заключенного и жестом подозвал к себе коменданта военной базы:

– Уберите отсюда охрану и снимите с него наручники. Полагаю, что в таком состоянии он нисколько не опасен.

– Генерал…, – в голосе полковника звучала растерянность, – мы не можем их снять… У нас нет ключей.

– Что значит – нет ключей? Вы нацепили на него наручники, зная, что не сможете потом их снять? И я смотрю, ваши солдаты позволили себе лишнего… – генерал гневно указал на окровавленное лицо пленника. – Они что, били безоружного?

– Никак нет, генерал! Он уже был таким, когда мы его взяли на дороге. Мои парни и пальцем его не тронули.