Тысяча первая ночь и утро следующего дня

То, о чём вы сейчас говорите, мне по-своему близко и понятно. Было бы мне пятнадцать лет, я бы, наверное, не раздумывая бросился навстречу неизвестности. Но мне уже действительно сорок, и за прожитые годы во мне накопилась изрядная доля скепсиса и цинизма. Я не могу слепо довериться первому встречному. Тем более, вы так и не сказали, что это за дело, ради которого я должен, позабыв осторожность, рискнуть своей, пусть и не совсем благополучной, но всё же стабильной жизнью.

– Поверьте мне, скоро вы об этом узнаете.

Открыть вам все карты сейчас – значит, лишить вас половины той информации, без которой понимание предстоящего дела будет весьма затруднено. А дело-то предстоит не из легких… Это не простая игра на удачу. Здесь каждая деталь, каждая мелочь будут иметь вес и значение. Чтобы добиться успеха, мы должны четко себе представлять, с чем нам придется столкнуться, а без определенных знаний это, увы, невозможно.

Джон вернулся к столу, достал из ящика пухлый блокнот в кожаной обложке и открыл его на отмеченной закладкой странице.

– Давайте начнём издалека. Сейчас я покажу вам один рисунок. Так, ничего особенного… Просто посмотрите и скажите – что вы на нём видите?

В руках у Виктора оказался листок бумаги, на котором довольно грубо, без соблюдения размеров и пропорций, были изображены две фигуры – квадрат и треугольник. Или даже не квадрат, а ромб, судя по тому, как он был повернут внутри треугольника. Линии фигур были толстыми и неряшливыми; похоже, что рисовали от руки, и в этой руке было нечто далёкое от привычных нам письменных принадлежностей.

Так, к примеру, можно было начертить углём на стене. Виктор, ожидавший увидеть нечто необычное, был разочарован и недовольно пробурчал:

– Я вижу здесь только треугольник и квадрат… Вы мне что – зрение проверяете?

– Как ни странно, но ваше зрение уже проверено. – улыбнулся Джон. – И это одна из тех причин, по которой вы здесь. Что же касается рисунка, то, да, правильно, это треугольник и квадрат. Хотя, если точнее, – квадрат внутри треугольника.

Но об этой особенности чуть позже. Ничего не напоминает? Какие-нибудь ассоциации?

– Ну если только урок геометрии… Вроде как теорему Пифагора доказывали, вписывая квадрат в треугольник или как-то так. Но я в этом, признаться, и тогда ничего не понимал, а уж сейчас и тем более.

– О, да я удивлён! Вы ещё что-то вынесли со школьной скамьи! Возможно, у вас и по истории были хорошие отметки?

– Не могу похвастаться особыми успехами.