Молитва для адмирала

Они пока не заработали на личные автомобили, поэтому их путь лежал не через паркинг, а через парадный вход, прямо на улицу. На выходе из бизнес-центра парочку попытался сцапать сидящий без дела секьюрити.

– Вы чего так поздно, хоббиты? – нагло спросил он.

– Да вот, думали – проскочим, когда все орки уснут… – огрызнулся Вася. – А один не спит чего-то…

Прошли через турникет и оказались на улице.

– Ты свет выключил? – чуть нервно спросил Витя.

– Да, – устало ответил Василий.

– В третьем вроде еще горел…

– В третий я не лазил.

Там новенькая оставалась вроде. Остальные разбежались.

– Странная она какая-то… – Витя украдкой взглянул на собеседника.

– Нормальная девка.

– Общался?

– Да. Пару раз. Немного простовата для юристки… – Василий протер чуть воспаленные глаза. – Даже не так… Наивна, что ли… Так точнее.

– Разве?

– Ну, показалось.

– Новенькая… Просто не вписалась еще. Стесняется.

– Может быть. – Впервые за день рекламщик не стал спорить.

Незаметно они подошли к метро.

Василий протянул руку для прощания, а Виктор от неожиданности молча пожал ее. Потом спросил:

– Ты чего, не поедешь?

– Не. Прогуляюсь. Пока. До понедельника.

Витя удивленно посмотрел на друга и направился к входу в метро. Вечер пятницы плавно перетекал в ночь.

6

На следующий день, в субботу, к обеду Дмитриевский подвез свое семейство к дому родителей, и они начали потихонечку выгружаться на разбитый асфальт внутриквартального проезда. Дмитриевский ворчал на неудачно припарковавшуюся «мазду», занявшую сразу два места, а Ирка – на заснувшего по дороге сына.

Так, в синхронном ворчании, они и вошли в скромную родительскую трешку. Родители Дениса, папа Александр Сергеевич (пенсионер) и мама Ольга Александровна (работающая пенсионерка), всегда радовались их приходу (в большей степени внукам, как казалось Денису), и внуки отвечали деду с бабой такой же радостью, зная – их наверняка ждет что-нибудь вкусненькое.

Отец сидел в гостиной, на диване перед телевизором, на экране которого два импозантных джентльмена играли в снукер.

Плоская панель «Самсунга» была вмонтирована в темно-коричневую стенку, занимавшую всю стену, а перед диваном стоял заваленный газетами длинный низенький стол. Правую часть стенки занимали отсеки платяных шкафов, и из одного из них наружу выглядывал уголок клетчатой рубашки.

Дети разбежались по квартире, а Дмитриевский прошел в гостиную, приветственно кивнув бате.