Рассветы над Вавилоном

Дома всегда кто-нибудь есть. Даже если папа уехал, откроют либо управляющая Роза, либо папин помощник – Кирилл Августин Тирий.

– Кирилл Августин Тирий? – переспросил Давид.

– Да. Урожденный Кирилл Тустин. Он увлекается историей Римской империи, увлекается так сильно, что сходил и поменял себе имя.

Ворота полностью открылись, и компания проникла внутрь. Давид в свое время много контактировал с Фатаховым, но дома у него никогда не был, поэтому сейчас с интересом рассматривал трехэтажный особняк, построенный в стиле русской загородной усадьбы.

Перед входом в здание стоял внешне молодой парень, одетый в спецовку цвета хаки. На его бледном интеллигентном лице ярко вырисовывались темно-синие пятна под глазами, говорившие о том, что их обладатель не очень хорошо выспался или вовсе не спал всю ночь. Буров, находившийся в авангарде отряда, первым подошел к парню и представился, протянув руку:

– Давид.

– Кирилл Августин Тирий, – устало проговорил помощник.

– Папа в офисе, что ли? – улыбнулась ему Карина.

Помощник Фатахова, нахмурившись, нервно посмотрел на Давида. Потом начал говорить, тщательно подбирая слова:

– Карина, Гариф Зарифович в больнице. В частной клинике на Суворовском. Его туда вчера из офиса увезли. В бессознательном состоянии. Ни диагноза, ничего пока нет. Кое-кто из его охраны думает, что покушение. Врачи подозревают инсульт. Но все неточно. Тете твоей сообщили. Она сказала, быстро не сможет приехать…

Карина, открыв рот и округлив глаза, слушала Кирилла Августина, а Буров, повернувшись к Вале и Глебу, приказал им:

– Быстро в машину!

Затем обратился к Кириллу.

– Во сколько это произошло? – спросил Буров, разглядывая синяки парня.

– Между четырьмя и пятью вечера.

– Кто из службы безопасности считает возможной версию покушения?

– Рейнгольд.

– Артур?

– Да.

– Карина, все, в машину.

Буров взял ее под локоть и потащил назад к открытым воротам. Она не сопротивлялась, находясь в состоянии абсолютного непонимания происходящего.

– Вы куда? – крикнул Кирилл, но ответом ему стали стремительно удалявшиеся спины.

– А мама твоя где? – спросил у Карины Буров, усаживаясь обратно в аэротакси.

Карина молчала. Спустя минуту за нее ответила Валя:

– Они разведены с ее папой. Она ее даже не помнит. Ничего, что я?

– Куда едем-то? – обреченно выдохнул пилот.

– Куда едем-то… – задумчиво повторил за ним Давид.

Подумав пару секунд, Буров назвал адрес.