Под чужим именем

Как ты, старый член партии, опытный инженер, наконец, полковник, – да, да, это очень ко многому обязывает, – как ты не видишь, что у тебя под носом орудует пройдоха, делец типа Подхалюзина! У него, наверное, и к рукам прилипает.

– Чепуха! – перебил Шабров жену и повторил: – Чепуха! Просто веселый парень, из тех, что с песней по жизни шагают.

– Не с песней, а с водкой, – поправила Мария.

– Водку продают, чтобы ее пили…

– Да ум не пропивали, – опять бросила Мария. Она была очень взволнована, но говорила как всегда, не повышая голоса, стараясь убедить собеседника простой логикой своего мышления.

– Наконец, – сказала она, – тебе, Петр, пить нельзя, у тебя больна печень, и если ты сам о себе не желаешь думать, подумай о сыне.

Мишка, покончив с тарелкой окрошки, отправил в рот кусочек нерастаявшего льда, прищурился от удовольствия и стал наблюдать за большой зеленой стрекозой, которая сидела на розовом цветке шиповника.

Шабров отлично понимал, что Мария права, пить ему действительно нельзя, да и положение его в городе и на стройке обязывало ко многому, но, малодушно отодвигая от себя решение этого очень важного вопроса, он искренне обрадовался, увидев входящего в сад с большой банкой чайного гриба Гуляева.

– Привет, Мария Сергеевна! Привет! – шумно поздоровался Гуляев и поставил на стол банку.

– Это еще что такое? – спросила Мария.

– Это чайный гриб, а по-научному: палочки уксусно-кислого брожения. Чудесная вещь от изжоги, жажду утоляет, словом, необходим в домашнем хозяйстве.

– Мишка, ну-ка принеси стакан, отведаем палочек! – сказал Шабров сыну, и когда тот убежал в дом, громко шлепая босыми ногами, спросил: – Как там в управлении? Кирпич вывезли?

– Сергей Иванович, тарелку окрошки не желаете? – предложила Мария.

– Спасибо, не откажусь, – ответил ей Гуляев и затем Шаброву: – Все в порядке, сегодня майор Никитин свирепствовал, такой навел страх на МТО, что они постарались: на всех объектах недельный план выполнен!

– Степан молодец, у него мертвая хватка.

– Пожалуйста, кушайте, – подавая на стол окрошку, сказала Мария. – Я вас еще не благодарила, Сергей Иванович, за фотографии сына. Спасибо, очень хорошо!

– Их бы в альбомчик, и знаете, так через каждые полгода – год. Глядишь, вырос парень, а в альбоме его история, самому потом будет интересно, – расправляясь с окрошкой, говорил Гуляев.

Мишка принес стакан.