По замкнутому кругу

Вот вам ключ от сейфа, в нем папка с материалом. Старший лейтенант Лунев будет работать с вами, – продолжал полковник, – связывать с нужными людьми, знакомить с обстановкой.

– Нужно сейчас же отправить капитана Гаева в Верхнеславянск. Второе: к утру списки пассажиров по авиалинии Свердловск – Москва и обратно за первую декаду июня. Третье: для консультации требуется опытный художник, специалист по станковой живописи и реставрационным работам. Он должен хорошо знать местных художников и уметь держать язык за зубами.

– Все? – спросил полковник.

– На сегодня все.

– Тогда я пока отправлю капитана Гаева в Верхнеславянск, – предложил Лунев и, получив молчаливое согласие полковника, вышел из кабинета с Гаевым.

– Вы посмотрите данные на Авдеева, а я еще часа два буду у себя, в случае чего – милости просим.

– О Якуничеве ничего нового? – Мой вопрос настиг Шагалова в дверях.

Полковник вернулся к столу и сел в кресло.

– На заводе отличная характеристика. Якуничев обладал хорошей памятью. Исполнителен.

Человек слова: сказал – сделал. Способный инженер с задатками ученого. Готовился к аспирантуре. Говорят, что последние работы в области лазерной техники легко могли дать ему кандидатскую степень. Жил скромно, по средствам. Поддерживал в Ишиме бабушку Марфу Андреевну. Горсовет отремонтировал ей старый дом, в котором Якуничевы живут чуть ли не со времен Коркинской слободы. Отец и мать Глеба Матвеевича погибли в Отечественную войну, воспитала его бабушка. Якуничев холост, жил в коммунальной квартире. В его письменном столе обнаружены письма из Ишима, в некоторых бабушка Марфа Андреевна передает теплые приветы Глаше. Кто это, пока выяснить не удалось. Соседи не помнят, чтобы у Глеба Матвеевича были знакомые женщины. Друзей у Якуничева тоже не было.

– Дома следы поспешного отъезда? – спросил я.

– Нет. Все в полном порядке. Накануне была получка, в среднем ящике стола обнаружены деньги, он взял с собой только двадцать пять рублей.

– У него кто-нибудь бывал?

– Только товарищи по работе, но в дни, предшествующие бегству…

– Бегству? – уточнил я.

– Ну, исчезновению… Не было никого.

– Кто живет помимо Якуничева в этой квартире?

– Дорожный мастер на пенсии с женой и женщина лет сорока, работающая кассиром в кинотеатре. В квартире три комнаты.

Я просмотрел свои заметки в блокноте и невольно усмехнулся – дело становилось все сложнее.

– Ну что ж, Владимир Иванович, спасибо за сообщение. Буду читать рапорт Лунева.