Даяна I. Мастер Мглы. Том 2

– Клади свою ковырялку на кучу, – поторопили его «джентльмены удачи».

Но жертва сделала совсем не то, что от неё ожидали уже, было расслабившиеся разбойники. Наклонившись, он вытащил из ножен узкий обоюдоострый меч, который, на первый взгляд, был слишком тонким, чтоб им рубить. А уж отражать удары и подавно.

– Всё-таки дурак, – с фальшивой печалью констатировал чернявый. – Ну, держи! – с этими словами он выстрелил в безумца.

Вместо того чтобы завалиться навзничь с болтом в груди, жертва неуловимым движением сместилась с траектории полёта и, слегка повернув корпус, пропустила его мимо.

Сзади раздался вскрик боли.

Минус один.

– Что же ты, мил человек в своих стреляешь-то? Не жалко ребятушек?

– Убить! – прошипел чернявый.

На Борзуна бросилось сразу трое разбойников, бестолково размахивая ножами больше мешая друг другу, чем организовывая грамотную атаку. Уклонившись от неуклюжего выпада, он резко отшагнул, ткнув назад своим странным кинжалом, который незаметно успел перебросить обратным хватом.

Четырёхгранник вошёл в плоть, словно в масло, пробив печень хитрецу, решившему незаметно напасть со спины.

Минус ещё один. Впереди четверо, сзади двое.

Схватив хрипящего, Борзун с неожиданной силой швырнул тело под ноги нападавшей троице, отчего передний атакующий споткнулся, чтобы налететь горлом на кончик меча.

Минус три.

Кинжал снова был взят нормально, а бывший разбойник перешёл в активное нападение, начав яростно теснить двойку нападавших, используя валяющиеся тела как помеху для второй пары.

Боковым зрением Борзун увидел, что черноволосый в бой предпочёл не вступать, торопливо набросив крюк арбалета на широкий пояс, чтобы снова взвести тетиву.

Борзун не собирался давать бандитам ни единой секунды передышки, плотно связав боем, выплетая причудливые узоры росчерками тонкого клинка, заставляя отступать всё дальше. То, что из всей четвёрки только один был вооружён мечом, давало Борзуну колоссальное преимущество.

Борзуну удалось ранить в бедро ещё одного, который, пачкая хлынувшей кровью брусчатку, успел отскочить за спины товарищей.

Минус четыре.

Этот тоже уже не противник. Если не додумается перетянуть, то жить ему останется три минуты максимум.

Странно, всё это. Звон клинков и крики разносились далеко и неминуемо уже были привлечь внимание ближайшего патруля стражи, или же, на худой конец, прохожих, но никто так и не поспешил узнать, что за бой идёт в проулке.