Счастливчик

Уволю сразу!

– Ну, как хотите! – захохотал Максим и бросился к воде.

Надо отдать должное – плавал он хорошо. За какую-то минуту его голова превратилась в точку, периодически скрывающуюся в балтийских волнах.

– Кабы не утонул, – посетовала Эльвира. – Вода-то холодная. Начало июня, как-никак.

– Не волнуйся, Семеновна. Такие как он, не тонут, – гоготнул Редькин. – А пятнадцать градусов для мужика – нормально. Я тоже искупнусь… пожалуй… потом…

– Ириш, пойдем, прогуляемся, – предложил Веня, решив, что самое время приступить к главному.

– Куда? Мы же и так на природе, – искренне удивилась Ирина.

– Ну… уединимся…, – не очень уверенно объяснился Ростовцев.

– Зачем? Если ты хочешь сказать мне что-то приватное, то говори… шепотом.

– Ирин, ну, а если я скажу, что ты мне нравишься? – решил приоткрыться Веня.

– Я поняла, Вень, ход твоих мыслей. Отвечу прямо – поздно. Если бы ты сказал мне это в прошлом году, то у тебя был бы шанс. А сейчас… сейчас у меня есть молодой человек.

Это первое. Во-вторых, я живу не в вакууме и знаю, какая у тебя репутация…

– Какая?

– Махрового бабника – вот какая! А вот еще год назад этого не было… или я просто не знала. Вот так, Венчик…

С этими словами она просто отошла в сторону, а Веня чуть не… заплакал. Было очень обидно. Он не привык проигрывать вчистую, но душу тронуло не это. Дело в том, что Венчиком его называл только очень близкие люди – мама и бабушка…

Мутным взором он окинул присутствующих. Вольно или не вольно, но все уже разобрались по парам.

Свободными оставались лишь те самые из Бальзака, да примкнувшая к ним Ирина. Веня плеснул себе водки, выпил и пошел прочь.

– Вень, ты куда? – окликнул его худрук.

– Осмотрю окрестности.

– А… понял. Смотри, не заблудись.

Ростовцев махнул рукой и проследовал вдоль берега. Это было не сложно, потому что между зеленью и прибрежными камнями тянулась невесть кем протоптанная тропа. Вскоре она ушла вправо, углубилась лес, а там и… закончилась.

Он повернул назад, но, сделав несколько шагов, остановился. Что-то выбивалось из логики окружающей природы. Присмотревшись, он, наконец, это увидел. Синева июньского неба проступала сквозь кроны деревьев. Это было наверху, однако в одном месте она почему-то опустилась на землю. Веня незамедлительно туда проследовал. По мере приближения возник смутно знакомый запах. Он напряг память и сделал вывод, что так пахнет воздух при сильной грозе.