Сапфир

Поэтому Никитину удалось с трудом направить разговор в нужное русло:

– Эдик, судя по тому, как вы увлеченно и жизнерадостно рассказываете о машине, смерть тестя вас особенно и не огорчила?

– Огорчила!?… Не то слово! Это был зверь! Я, конечно, сочувствую Ире и Лизке… да и про покойников вроде плохо не говорят, но это был зверь. А что касается жизнерадостно – не жизнерадостно, то, поймите меня правильно, перспектива поменять съемную однокомнатную квартиру на хоромы как-то тоже не огорчает.

Подобную тираду, да еще экспромтом, вряд ли бы произнес убийца.

Если только он семи пядей во лбу, да еще и гениальный артист. Данными качествами Антонян явно не обладал. Однако следователю нужны были факты:

– Вспомните, Эдик, где вы были во вторник во второй половине дня?

– Понял. Вы меня в чем-то подозреваете? А в чем именно? Тесть умер своей смертью…

– Хочу напомнить, что здесь вопросы задаю я, – официально продекларировал Никитин. – Если вас не устраивает наш разговор в подобном формате – извольте получить повестку.

Будете давать показания под фонарем и под протокол в качестве подозреваемого в убийстве. Потому что вашему тестю помогли…

Наблюдая при этом за Антоняном, Андрей еще раз убедился в естественности поведения оппонента. Тот весь напрягся и даже побледнел.

– Как помогли? – не дослушав, пробормотал он. – Ира сказала, что он умер… ладно… о чем вы спросили?… во вторник… это значит, позавчера… я после обеда был в Карачеве!

Последнюю фразу он буквально выкрикнул.

Далее уже уверенно продолжил:

– Я туда приехал часов в двенадцать. Обедал уже там – у Рудика. Они все могут подтвердить. А выехал назад в Брянск – уже темнело. Часов в девять…

– С какой целью вы посещали Карачев?

– Как? По делам. У нас общий бизнес. Да и не виделись уже давно. Мы все земляки – из Спитака.

– Ну, хорошо, – Никитин понял, что, скорее всего, Антонян действительно не имеет никакого отношения к смерти Полякова. – Мы кое-что еще проверим, а затем вызовем вас с женой подписать протокол.

По пути в отдел он связался с карачевским коллегой Борисом Дольским и попросил его тщательно проверить слова Эдика. От районного центра до Брянска всего сорок километров и за пару часов на хорошей машине можно успеть лишить жизни Полякова и вернуться назад, создав, таким образом, себе алиби. Оформить официальный запрос Дольскому Андрей пообещал сразу по прибытии на работу.

В отделе капитана посетила еще одна интересная мысль.