Здец

Думаю, что в большинстве случаев гости, сидящие за одним столом, успели познакомиться и даже выпили за свое здоровье. Прошу еще раз наполнить бокалы и поднять за успех нашего предприятия. Это же касается и нашего замечательного цветника. Девушки, не отставайте! Та-ак… молодцы! А теперь… теперь не будем тянуть кота за… хвост. Я объявляю белый танец. Дамы приглашают кавалеров! Однако имеется просьба – по окончании все должны вернуться на свои места. Итак – маэстро, музыка!

Конечно же, никакого маэстро здесь не было, а просто звучала фонограмма.

Однако нужно отметить, что на аппаратуру хозяин точно не поскупился. Казалось, что чарующие звуки заполнили не только воздушное пространство, но и землю, стены, мебель, а также всех присутствующих. Первым забрали Сергея Юрьевича. Девица будто сидела под столом и вынырнула, едва прозвучала команда. Схватив за руку «избранника», она мигом доставила его в центр танцпола. Тут же оба приступили к энергичным движениям, хотя тема предполагала явно медленный танец. Следующим стал Федор. Когда он поднял голову, у него отвисла челюсть, и екнуло сердце. Единственная мысль, его посетившая, была вопросом с восклицательным знаком – как это создание здесь оказалось?!

– Сударь, разрешите пригласить вас на танец, – прозвучал ангельский голос.

Будто во сне, Бабочкин взял ее руку и проследовал к нескольким топчущимся парам. Обернувшись, он обнаружил, что Леха с очкариком уставились на его партнершу. То же можно было сказать и о «кавалерах», которые еще оставались на своих местах.

– Меня зовут Федор, – пробормотал он, глядя в бездонную синь ее глаз. – А вы… простите?…

– А я Настя, – улыбнулась девушка.

– А почему?…

– Почему я выбрала вас? Потому что вы выделяетесь из местной публики. Вот посмотрите на лица окружающих мужчин. Что вы там видите?

– Ничего, – пожал плечами Федор.

– А я вижу. Знаете что? Алчность и сексуальную неудовлетворенность. Вы, наверное, тут единственный со спокойным человеческим взглядом.

– Я не об этом хотел спросить…

– А – а, я поняла.

Почему я в этой компании?

– Ну…

– Скажу, но пусть это останется между нами. Я писательница. Пишу под псевдонимом Рита Родригес. Может, слышали? Мои романы и сборники пользуются популярностью.

– Да, да, – вспомнил Бабочкин. – Экстравагантная… эпатажная… светская львица…, вроде. Вы не типичный представитель своей профессии…

– Вы так думаете?

– Да. Мне казалось, что в писатели, как и в монахи, идут те, кто в «миру» себя исчерпал.