Черная троица

Если я скажу «Стой!» – стой. Если я скажу «Беги!» – беги. Если я скажу «Дерись!» – что ты будешь делать?

– Бежать, – честно ответил Умберто. – Я не умею драться.

– Но ты рассказывал, что в подземелье…

– Я просто поскользнулся, – смущенно пробормотал брат Умберто, одергивая короткую рясу. Новое одеяние сидело на нем удобно, хотя и странно.

Винциус, однако, не рассердился, а неожиданно весело расхохотался.

– Значит, тебе здорово везет! Это важно, особенно для нашего путешествия.

Ну а драться я тебя научу. Иногда одних молитв и заклинаний оказывается недостаточно.

С этими словами он бросил одну из дубинок Умберто и, размахивая другой, накинулся на растерявшегося послушника.

Примерно через полчаса брат Умберто заработал кучу синяков, но зато овладел дубинкой достаточно, чтобы отбиться от какого-нибудь разбойника. При условии, что тот был бы раза в четыре старше его и желательно однорук.

– Пока хватит. – Винциус даже не запыхался.

 – На первом же привале продолжим. Караван выходит через полчаса. Ты успел поесть?

– Я успел помолиться.

– Сие весьма похвально, юноша. Но и позавтракать перед дорогой будет не лишним.

В последний раз окинув взглядом скромную келью, которая вдруг показалось ему такой уютной, брат Умберто вышел вслед за Винциусом. Зайдя по дороге к брату Винциусу за его дорожным мешком (гораздо более внушительным, чем багаж Умберто), они прошли в трапезную. Там их встретил брат Макбуз, на которого Умберто подозрительно косился все время, пока они наскоро завтракали.

Уж очень он был похож на оборотня Отуса.

Лошадь, на которой приехал в Обитель Умберто, пришлось оставить в монастырской конюшне. Брат Винциус сказал, что пройти по обрывистым горным тропам смогут только специально обученные местные кони. Коротконогие и очень лохматые животные были необычайно сильны и легко переносили и холод заснеженных перевалов, и жару пустыни, через которую проходил дальнейший путь в Рас-Халейн.

Караван – два десятка конных путников и девять охранников – отправился сразу же, как только к нему присоединились два монаха. Несмотря на раннее утро, проводить отъезжающих пришло довольно много народу. Умберто пытался отыскать в толпе смуглое лицо Анти, но напрасно. Брат Винциус, проницательно взглянув на озабоченное лицо юноши, сказал, что поиски ее пока результатов не дали.