Звёздный Спас

– Извините нас, сударыня…

Он сделал красноречивую паузу.

– Фива, меня зовут Фива, – подсказала Фифочка и так застенчиво улыбнулась, что Кеше захотелось приободрить её, но Богдан Бонифатьевич не дал.

– Извините, Фива, через минуту я верну вам вашего кавалера. Впрочем, вы можете следовать за нами.

Он взял Кешу за руку и подвёл к обезьянке из контрольной группы.

– Как всегда, высший предел интеллекта, даже немного зашкаливает, – выглянув из-за стола, весело сообщил Зоро.

Желая удостовериться, Богдан Бонифатьевич поспешил к нему, а Фива подошла к Кеше и осторожно оперлась на его плечо.

Кажется, даже ещё и не оперлась как следует, а все в лаборатории враз испуганно вскрикнули: дескать, кирдык приборам – сгорели. А потом удивлённо вышли из-за ярусных столов и многозначительно уставились на Фиву. На их лицах читалось, что они подозревают её главной виновницей аварийного сбоя приборов.

Тогда в ответ Кеша демонстративно обвёл всех презрительным взглядом и крепко-крепко обнял свою Фифочку. Он ещё ощущал ни с чем не сравнимую гибкость её тела, а в лаборатории опять что-то произошло.

Отстраняясь, она держалась за пуговицу пальто, а прямо перед ним, наполовину высунувшись из клетки, сидела обезьянка. Уцепившись хвостом за верхний прут, она тщательно осматривала свои маленькие ручки. При этом с таким завораживающим интересом, что не сразу улавливалось, что она напевает:

– Фифа, Фифочка моя!

Фифа, Фифочка, я – твой!

Кеша почувствовал, как волосы зашевелились на голове, – он опять проснулся.

Глава 4

Они шли по тропке через лесок, чтобы спрямить путь. Фива спросила у бабушки – как у неё получается, то она маленькая, обыкновенная, а то вдруг становится как боярыня, высокой, статной и неприступной – даже боязно подходить к ней.

– А ты вот так вот встань, носки врозь, а пятки сдвинь на ширину ладони и, насколь сможешь, выпрями шею, – сказала бабушка и застыла перед Фивой как изваяние. – И от пяток и ладоней мысленно направь потоки крови к своим плечам и ещё дальше вверх, чтобы за ушами они прошли и, не соединяясь, как бы пронзили небо.

– И я сразу подрасту? – удивилась Фива.

– Подрастёшь и не боярыней будешь, а царевной, – уверенно сказала бабушка.

– И это у всех людей так или только у нас с тобой? – спросила Фива.

– У всех, – ответила бабушка.

И тогда Фива решила удостовериться в правоте её слов, проверить их истинность на себе.

Она действительно вся выпрямилась, внутри будто стержень стальной обнаружился.