Юрий Грозный, Император Русский

Так что, до нового нашествия монголов еще самое малое – лет шесть. А скорее, больше. Потому что, не получив в свои руки хорошего огнестрельного оружия, прежде всего пушек, им идти войной на Русь бессмысленно. Все кончится для них так же, как в этот раз.

Поэтому, когда монголы выберут нового великого хана, пойдут они, скорее всего через Закавказье, или в обход Хвалынского моря с юга, на Персию. Потом через Анатолию в Месопотамию и Сирию. А вот отдавать им Сирию уже нельзя. Оттуда Русь получает земляное масло для греческого огня.

да и основные поставки селитры и серы идут оттуда.

Следовательно, встречать их нужно будет в Анатолии и Месопотамии.

На Болгарию и Византию, по причерноморским степям, они скорее всего они не пойдут. Поскольку, при этом они подставят свой правый фланг под возможный удар Руси.

Но, когда циньским мастерам удастся разгадать секрет пороха, тогда новое нашествие на Русь станет неизбежным. Как устроены пушки и пищали они уже знают. Взятую в Рязани пушку мы у них отбили, но, ее конструкцию они уже узнали.

Отсюда следует, что, во-первых, нужна добротная разведка в циньских землях. А во-вторых, нам нужно продвигаться из Византии через Анатолию в Месопотамию. Эти земли нужно присоединять к Руси. Русская артиллерия еще долго будет править бал на полях сражений. Ничего подобного враги не смогут ей противопоставить. И это преимущество нужно использовать.

Европу следует за ближайшие годы обложить данью. Пока там нигде сильной власти нет.

И не должно ее там появиться. Я не позволю. Пусть платят мне деньги тамошние короли да герцоги. На завоевание Месопотамии и Анатолии мне много денег потребуется.

Так размышлял Юрий Всеволодович, Царь всея Руси, прозванный в народе Грозным, едучи по дороге из града Рязани в стольный град Владимир.

3. Угроза с запада.

Надежды Папы Григория на сокрушение Руси монголами рассеялись как дым. Получив известия о полной победе Юрия над войском хана Бату под стенами русского города Рязани, Григорий впал в неистовство.

Разбил свой скипетр о древнеримскую статую христианейшего императора Константа, прославившегося преследованиями язычников, отбив статуе нос. Крушил античные вазы, амфоры и пифосы, поколотил обломком скипетра двух пытавшихся его остановить попавших ему под горячую руку архиепископа Генуи и епископа Марселя. Не говоря уже об избитых им слугах и наложницах. С большим трудом служители утихомирили понтифика.

Затем Папа запил.