Сквозной удар

Жил Стас здесь же, во флигеле для обслуживающего персонала, прятавшемся в глубине большого сада, начинавшегося сразу за трехэтажным коттеджем. Он не колеблясь отказался от приезда-уезда на работу. Во-первых, не хотелось тратить время на дорогу, а во-вторых, его совсем не тянуло в неуютную холостяцкую квартиру в Одинцове. Во флигеле Станиславу выделили отдельную комнату с оптимальным набором коммунальных услуг, включающим в себя душ, телевизор и холодильник. Полночь ли, за полночь, сдав охраняемый объект «девица – штук один» внутренней охране, через пять минут он уже стоял под душем, чтобы затем залечь на кровать, застеленную горничной свежим постельным бельем.

Так что в Одинцове Гордеев появился за полтора месяца лишь однажды и то лишь для того, чтобы передать сестре деньги на оплату его квартиры.

Поднявшись в шесть утра или чуть раньше, Стас выходил на разминку. Бегал он по выложенной цветной тротуарной плиткой дорожке вокруг сада, как правило, недолго – минут десять-пятнадцать, не больше, так как в подобном мероприятии ему еще предстояло участвовать в скором времени.

После пробежки и вольных упражнений на свежем воздухе Станислав шел в спортивный корпус, стоящий отдельно от особняка неподалеку от флигелей прислуги. Там было два зала – «сухой» и тренажерный, а также десятиметровый бассейн и сауна.

Гордеева предупредили на первом же инструктаже, чтобы в сауну и бассейн он не совался – это чисто хозяйская территория, а вот спортивные залы в свободное от выполнения служебных обязанностей время посещать ему разрешалось, так как они у членов семьи Анчар, особенно у старшего, особым вниманием не пользовались.

К слову, эта самая семья состояла всего из двух человек – отца и дочери. Интересоваться, какова судьба матери Анны и, соответственно, супруги Дмитрия Васильевича, Гордеев не стал, излишним любопытством в подобных вопросах он никогда не отличался.

После пробежки Стас шел в «сухой» зал и примерно полчаса разминал мышцы, связки и работал над техникой рукопашного боя.

На тренажерный зал Гору оставалось не более десяти минут, и этого ему вполне хватало. Он никогда не увлекался накачиванием мускулов, считая, что таскание тяжестей вредит гибкости и реакции, столь необходимой бойцу-рукопашнику.

Бицепс в пятьдесят пять сантиметров в обхвате, литые рельефы грудных мышц и кубики пресса не несли видимой пользы мастеру русбоя, карате-до и ушу. Кстати, по последним видам борьбы Гордеев имел черные пояса.