Страничка из учебника

Под металлическими ободьями колёс хрустел снег, покрытый тонкой корочкой наста и прихваченная ночными морозами обнажённая на пригорках земля.

Зевнув и разгоняя дремоту, Валерий повернулся к Степану – Слышь, Стёпа, а что там… кукуруза…, откуда она там взялась?

Степан обернулся к шурину и, достав из кармана почку сигарет, протянул её Валерию: – Тут, Валера…, такое дело… – взяв из рук Валерия пачку сигарет, он достал одну и спрятал пачку в карман. – Четыре года назад за Сухой балкой осушили Кузину марь… Место было сырое, но мелиораторы справились.

 – Степан не спеша закурил и, пустив облачко сизого дыма, продолжил: – Земля там очень хорошая… Ей бы ещё годков пять постоять после осушения, ну… там…, под сенокос пустить… или под пастбище… – Он сделал затяжку, стряхнув пепел: – Но в райкоме разве утерпят, чтобы земля пустовала? Решили рискнуть… Говорили что Дальний Восток – регион рискованного земледелия…Ну, рискнули – через год после осушения посади-ли кукурузу. В первый же год она так уродила, что никто по- верить не мог! Никогда такого урожая кукурузы не было!

В прошлом году решили снова посадить, но уже на силос и сеяли вместе с соей.

 – Степан снова затянулся и, не выпуская сигарету изо рта, продолжал: – А тут, как на грех, на всё лето затяжные дожди пошли, земля так раскисла, как манная каша стала. Ну, комбайны сунулись и завязли в грязи по ступицы колёс… Генка Никишин на своём «Беларусе»[2 - «Беларусь» – марка колёсных тракторов МТЗ-50 – МТЗ-82;] с «Херсонцем»[3 - «Херсонец» – прицепной кукурузоуборочный комбайн, предназначен для уборки кукурузы на зерно и силос] на прицепе сунулся на поле и завяз. Двумя тракторами тянули, еле вытащили… Так, та кукуруза так и осталась под зиму. Мужики ещё смеялись, говорили: – В нашем совхозе новый сорт кукурузы вывели – ещё снег не сошёл, а она уже растёт… Эту кукурузу теперь жители соседних сёл растаски-вают на корм домашнему скоту… Стебли на соломорезке ре-жут, запаривают и на корм коровам, початки свиньи жрут, а дроблёное зерно домашней птице скармливают…

Они замолчали.

Степан, постоянно облизывая пересохшие губы, часто сплёвывал. После вчерашнего застолья по случаю приезда шурина, Степан «хватил лишка» и теперь чувствовал себя отвратительно: его мутило, а во рту было сухо, как будто рот был залит клеем. «Принятые на душу» утром сто грамм не помогали, а наоборот, усилили нестерпимое желание повто-рить…

– Вот, чёртова баба! – пожаловался Валерию Степан. – По-жалела ещё по стопке налить.