Аквариум

Может быть, я плохо работал и ничего не знал? Того, кто в стратегической агентурной разведке плохо работает, выгоняют после первого года. Я же отбыл полный срок командировки, все три года, и в виде исключения был оставлен на четвертый год, а в виде особого исключения – на пятый.

«Аквариум», как и книгу «Рассказы освободителя», я опубликовал под псевдонимом и решил его никогда не раскрывать, чтобы никому не причинять неудобств. Меня впервые раскрыл начальник ГРУ генерал армии В. М. Михайлов. В интервью газете «Комсомольская равда» (23–31 августа 1991 г.

) он сообщил: «Настоящая фамилия автора [ «Аквариума»] – Резун. Это наш полковник[3 - Через полгода после этой публикации новый начальник ГРУ генерал-полковник Е.?Л.?Тимохин назвал меня майором (см. отзывы о романе «Аквариум» на первых страницах этого издания). Прошло еще полтора года, и бывший резидент ГРУ в Женеве капитан 1-го ранга Валерий Калинин назвал меня капитаном. Тенденция налицо. Если так пойдет и дальше, через некоторое время в прессе, вероятно, выступит бывший младший шифровальщик женевской резидентуры и назовет меня ефрейтором.  – Прим. автора.], лет 11–12 назад сбежавший в Англию.»

Пролог

– Закон у нас простой: вход – рубль, выход – два. Это означает, что вступить в организацию трудно, но выйти из нее еще труднее. Для всех членов организации предусмотрен только один выход из нее – через трубу. Для одних этот выход – с почетом, для других – с позором, но для всех нас есть только одна труба. Только через нее мы выходим из организации.

Вот она, эта труба, – седой указывает мне на огромное, во всю стену, окно, – полюбуйся на нее.

С высоты девятого этажа передо мной открывается панорама огромного пустынного аэродрома, который тянется до горизонта. А если смотреть вниз, то прямо под ногами – лабиринт песчаных дорожек между упругими стенами кустов. Зелень сада и выгоревшая трава аэродрома разделены несокрушимой бетонной стеной с густой паутиной колючей проволоки на белых роликах.

– Вот она, – седой указывает на невысокую, метров в десять, толстую квадратную трубу над плоской смоленой крышей.

Черная крыша плывет по зеленым волнам сирени, как плот в океане или как старинный броненосец, низкобортный, с неуклюжей трубой. Над трубой вьется легкий прозрачный дымок.

– Это кто-то покидает организацию?

– Нет, – смеется седой, – труба – это не только наш выход, труба – источник нашей энергии, труба – хранительница наших секретов. Это просто сейчас жгут секретные документы.