Стиратель

После обеда мой попутчик купил бутылку коньяка, и мы вернулись на свои места. Я не стал дожидаться, когда он начнёт толковать и подстегнул его вопросом: – Даниил, могу записать ваш рассказ для памяти?

После некоторого колебания он сказал: – Только с условием, что его никто не услышит кроме вас.

Я пообещал ему это и включил на запись бывший со мной портативный магнитофон. Помолчав немного, Даниил начал говорить: – "Артём, есть одно замечательное утверждение: если в этом мире что-то происходит, то обязательно есть тот, кому это выгодно! А теперь о себе: мне неприятно "польстило" то, что вы увидели в моём облике героического военного, но, увы! Нет и нет, даже в армии не служил, некогда было.

Я сидел в тюрьме и не в качестве какого-то отчаянного "жигана", а в положении самого презираемого там существа. Причём, что самое обидное, попал туда случайно. Дознаватель постарался навесить на меня то, к чему я был вовсе не причастен, но оказался невольным свидетелем бандитской перестрелки и последующей затем, кражи милиционерами их денег. В тюрьме со мной произошло самое страшное, что можно сотворить: сделали не человеком! Как я потом узнал, меня, по "просьбе" следователя, ему нужна была моя отрицаловка того, что мне предъявляли, специально поселили в камеру с отъявленными уголовниками…".

Рассказчик раскраснелся, у него дрожали губы, а в моменты пауз ходуном ходили желваки. Видно было, что разговор давался ему с большим трудом, так как до чёрточек сузились глаза, обострились скулы.

Видя его состояние, я перебил собеседника: – Даниил, успокойтесь и расскажите мне с самого начала вашей эпопеи. Кто вы, где учились и на кого, кем были по жизни до заключения? У вас умное выражение лица и вы создаёте впечатление порядочного человека.

Он остановился от неприятных воспоминаний и напряжение начало спадать. Лик стал принимать спокойное выражение.

– Извините, Артём, я волнуюсь и мне непросто сосредоточиться.

Конечно, надо по порядку. Но это будет долгая история. Я схожу к проводнице и оплачу свободные места, чтобы нас не беспокоили.

Не успел я и слова сказать, как он выскочил из купе. Вскоре вернулся. Потёр руки: – Отлично! Мы будем одни. Но что же мы беседуем на "сухую"? – сказал он и наполнил стаканчики. – Ваше здоровье!

Даниил, медленно, со смаком, выпил коньяк. Взял кусочек шоколада. – До чего же приятное сочетание! – изрёк он.