Игра, несовершенная, как мир

»

Озадаченно смотрим друг на друга. Кинжал, проклятье, павианы. Все стандартно. Но это квест для команды гномов сто восьмидесятого уровня, а мы попали сюда случайно, крысюк постарался. Виэлла озадаченно хлопает ресницами, Шварц тоскливо ожидает неприятностей, а вот выражение глаз Ластарога мне почему-то не нравится. Какая-то в них хищная радость. Он что, специализируется на убийстве высокоуровневых павианов?

Оказалось, что нет. И как попасть в храм он тоже не знает. Но хочет осмотреть дорогу и разведать окрестности.

– Если гному удалось бы забраться наверх и снять проклятье, то здесь бы уже наверняка паслись рудокопы из Шлейды, – мне кажется, в голосе банши почему-то звучит радость. – Значит, проскочить мимо павианов у него не получилось. Но, может быть, получится у нас.

– Он три раза погиб, – дошла до конца дневника Виэлла. – И возрождался здесь. А потом решил плюнуть на все. Перенес точку привязки в ближайший храм и покинул долину. Одного не пойму, почему он не сделал так сразу?

– Он не мог бросить добытое, – в голосе Шварца торжественные нотки.

 – Поступил, как лучшие из крыс. Мы тоже скорее погибнем, чем оставим свое.

– Вся эта эпопея с использованием рунной магии, добычей кристаллов и проклятым храмом, единый квест, – поясняет крысюк, видя наши недоуменные лица. – Длинные расы даже не представляют, насколько запутаны правила потери амуниции и добычи в случае смерти. Вы думаете, все зависит только от того, убивали вы друг друга или нет. Все гораздо сложнее и гном, похоже, что-то знал об этом.

Пока ты не прошел квест, добыча тебе не принадлежит, погибнешь, сбежишь в безопасное место – потеряешь все ценное. Вот он и старался. Но не смог. Надо посмотреть на дорогу за водопадом, может у нас есть какой-то шанс.

Все толпой потянулись к выходу, когда Сэм вдруг произнес:

– Здесь кто-то есть.

Озадаченно смотрим на голема. Если учесть, что в этой комнате полегла бригада высокоуровневых гномов, не исключено, что в доме притаился кто-то невидимый, таких тварей в игре хватает.

– Он что, качает ясновидение? Или просто песок отсырел? – Ластарог в меру саркастичен, но глаза его судорожно шарят по стенам жилища рудокопов. – Как он может почувствовать присутствие стеклянных пиявок или диких домовых? Они, конечно, любят селиться в заброшенных зданиях и лакомиться случайными путниками. Но он всего лишь голем, откуда…

– От верблюда! – высказывает общую мысль Виэлла. – Какая разница, как он их учуял! Надо убраться отсюда до темноты.