ОСВОД. Челюсти судьбы

– Та-ак… Значит, ты специально, все просчитав, отправила меня в столовую… Не просто чтоб отделаться от приставаний…

– Погодь, я за аптечкой метнусь, надо тебе перекисью полить… – ловко соскочила с темы все просчитавшая интриганка и выскользнула за дверь.

– Вчерашняя истерика тоже была спектаклем? – хмуро спросил я у Ихти.

– Ты не залетал, тебе не въехать, как сильно нас колбасит… А что за червяки такие в банке?

– Для опытов. Пусть пока в аквариуме поживут.

– В левый не запускай, он занят…

Левый аквариум был, по видимости, пуст.

Я стукнул по стеклу согнутым пальцем – из подводного пластикового за?мка выплыла крупная золотая рыбка. Осуждающе посмотрела на меня и уплыла обратно.

Понятно… Злату Васильевну тоже вымотал сегодняшний день, хоть она и не покидала пределов ОСВОДа. Решила освежиться и взбодриться…

Миног я выпустил в соседний аквариум, украшенный затонувшим пластиковым галеоном с выпавшей из него кучкой пластикового золота. Понаблюдал за ними некоторое время: как чувствуют себя в отрыве от материнского организма? Вернее, от отцовского?

Змеевидные создания поплавали, извиваясь, затем прилипли присосками к стеклу и замерли неподвижно.

Вроде подыхать не собираются… А если сдохнут, это станет проблемой исключительно Мишкунца.

– Хуммель спит? – спросил я.

– Ага, – подтвердила Ихти.

– А где Властимир?

– В блиц-шахматы режется с новеньким…

Знакомая картина. Рабочий день близится к концу, начальник отдела в отлучке, – и дисциплина летит под откос.

Всё, как всегда.

– Много проиграл, новенький? – спросил я, входя в кабинет Властимира.

– Четыре партии, одну свел вничью… – ответил Соколов.

– Я не о том… Денег много просадил?

– Тысячу восемьсот…

Значит, повышали ставки. Для затравки Властимир всегда предлагает новому партнеру сыграть по сотне. И играет поначалу с преднамеренными ошибками, махинатор… Наверняка вничью завершилась именно первая партия.

– Сейчас станет две четыреста, – уверенно заявил махинатор. – Шах!

– Обломись, здесь ничейная позиция, – сказал я и смешал фигуры.

– Что за хамство? – возмутился Властимир.

Соколов, спасшийся от потери еще шести сотен, благоразумно промолчал.

– А вот скажи, Мир, отчего я до сих пор не подал рапорт на твое увольнение? – задушевным тоном поинтересовался я. – За азартные игры в рабочее время?

Вообще-то задавать Властимиру риторические вопросы не рекомендуется. Потому что он начинает на них отвечать, занудно и обстоятельно.