Псы Господа

И если мы будем сидеть и ждать пока нам преподнесут набор улик… Итак?

– Мы действовали, исходя из тех же соображений, – холодно сказал Алладин. – По области наблюдается странный скачок количества пропавших без вести. Средний показатель по Псковской области за май-июнь выше среднестатистического в три с половиной раза. Именно это и привлекло внимание. Даже если исключить сопредельные территории. Хотя два аналогичных случая мы зафиксировали в Ленинградской области…

– Двое пропавших? – удивленно переспросил Светлов.

 – Что в этом необычного?

– Не торопитесь, я все объясню. Восемьдесят семь процентов пропавших – женщины, средний возраст двадцать один год. Есть несколько четырнадцатилетних девочек и пара женщин за тридцать. Но в основном это молодые девушки.

– Сколько их всего пропало по области? – спросил Ковалев.

– За месяц – сорок семь человек. Но нас заинтересовали не пропавшие, а найденные. Шесть из Псковской области, двое из Ленинградской.

– Все женщины?

– Да.

– Места обнаружения трупов зафиксированы? – нарушил молчание Светлов.

Дело представлялось интересным.

– Трупов? – переспросил Алладин. – Нет трупов, в чем и дело! Все найденные живы и здоровы.

С одной из живых и здоровых, похоже, Светлов когда-то водил знакомство…

– А остальные?

– Про остальных ничего не известно, – подал голос Стриж. – Сейчас по ним работают.

Светлов не мог взять в толк, что именно привлекло внимание оперативного отдела. Пропавшие женщины – факт, конечно, криминальный. Но от него должна болеть голова у местных милицейских чинов… Очевидно, были еще какие-то странности, заинтересовавшие оперативников.

Но после своего дурацкого вопроса о трупах он решил подождать с дальнейшими уточнениями.

Алладин продолжал:

– Так вот, восемь женщин… По ним тоже возбуждались розыскные дела, но все потеряшки нашлись. Все, как одна – спустя десять-двенадцать дней после исчезновения. Выходили к деревням, поселкам – к людскому жилью. Обнаженные, в невменяемом состоянии. Что с ними приключилось – толком рассказать не могли.

Реагировали неадекватно. Говорили, что заблудились в лесу, ничего плохого с ними не произошло, никто не обижал… А больше ничего не помнят.

– Обследовали? – кратко спросил Ковалев.

– Увы, нет. Мы – нет. Спустя пять-шесть часов жертвы… хотя, собственно, какие они жертвы? – полностью приходили в себя. И отправлялись по месту жительства. А милиция с чистой совестью закрывала дело.

– Любопытно, – сказал Борис Евгеньевич.