Пасть

Колыванов возражал, что прямое дело овчарок – помогать пасти овец и отгонять волков; но и людей они треплют так, что любо-дорого…

Впрочем, Фила ничем его подозрений не оправдывала – не нападала ни на людей европейской внешности, ни на понаехавших таджикских цыган, по цвету мало отличающихся от бразильских негров.

И даже на кошек смотрела равнодушно…

Глава III

Объявленная Капитаном тревога А-3 ничего особенного собой не представляла.

Случалось ему работать и при тревоге А-1 – несколько лет назад, на Полигоне, – тогда было тяжко.

В те дни он был не капитаном, всего лишь старлеем; да и сейчас не носил этого звания, хотя псевдоним приклеился намертво, – в шкафу висел китель с майорскими погонами. В тридцать один год вовсе даже не плохо. Звания у них получали быстро – кто выживал…

Но тревога А-3 тоже не сахар. Четыре часа кропотливых поисков результата не дали – на девяносто пять процентов Капитан был уверен, что контейнер покинул Лабораторию.

Это кардинально меняло ситуацию для Капитана лично.

За внутреннюю безопасность отвечал Седой, внешнюю обеспечивал Капитан. И девяносто пять процентов за то, что тут не халатность или небрежность, а подготовленная и проведенная извне акция.

Четыре часа персонал и охрана искали пропажу в соответствии с легендой Капитана, изложенной Доктору и Алле. С одним существенным дополнением: было объявлено, что исчезнувший биопрепарат для человека является смертельным ядом, антидотов не имеющим… И вызывает не мгновенную, но крайне мучительную смерть…

…Шесть человек, собравшихся у Капитана, не нуждались в легендах и знали про штамм-57 все.

И разговор у них был тяжелый.

Как ни удивительно, самым равнодушным казался Доктор – приложившись еще раз к бутылке Капитана, сидел в углу молча, курил и ни на что не обращал внимания… Остальные заметно нервничали, и своим вступлением Капитан заставил их нервничать сильнее.

– Ну что, доигрались? Привыкли, что все тихо и гладко, обленились… И проглядели крысу под самым носом! Но я скажу вам одну вещь.

Вы – единственные в Лаборатории, кто знает, что пропало. И если крыса – один из вас, то я обещаю, что никакой выгоды он из этой пропажи не извлечет. Никакой и никогда. Где бы и как бы ни всплыл 57-й – если можно будет протянуть к кому-либо из вас хоть тоненькую ниточку… Расследований не будет. Официальных обвинений не будет. Судов и адвокатов не будет. Будет пуля в лоб.