Пятиозерье

Неудивительно, если она их регулярно так через дорогу водит…

Нехорошо, подумал он, стронув машину с места. Нехорошо день начался – чуть грех на душу не взял, мать с дитями не раздавил… Опять зря прокатаюсь. Не будет сегодня удачи…

Он ошибся – насчет “зря”. А насчет удачи – вопрос спорный.

05 августа, 08:24, дорога, поворот к ДОЛ “Варяг”.

Железобетонное название лагеря было монументальным.

Внушало. Преисполняло. Восхищало – некоторых. Подавляло отчасти – остальных. Пугало – лиц с ослабленной психикой.

Но – Церетели тут ни при чем!

Не виновен одиозно-знаменитый скульптор в появлении пяти букв-колоссов ВАРЯГ на фоне чего-то странного – не то последней фазы затопления легендарного крейсера экипажем, не то извращенно-бурной радости по сему поводу личного состава японского императорского флота… Зураб Константинович в момент возведения циклопического названия лагеря безвылазно трудился над оформлением других пионерлагерей – в Адлере. За что и был отмечен впоследствии Ленинской премией.

Скорее, Колосс Пятиозерский стал выкидышем фантазии безвестного скульптора-пацифиста, отбывавшего срочную на флоте. И – проведшего все три года в тоске, зубовном скрежете и загаженном гальюне (с зубной щеткой в руках)…

Легковая машина проскочила мимо монумента и остановилась. Постояла пару минут. Вернулась задним ходом и свернула на узкую грунтовую дорожку, обозначенную творением монументалиста-гальюнщика.

От шоссе до лагеря – четыре с половиной километра.

Накатанные колеи между сосен, песчаные откосы узкой речки, деревянный мост (надежный, подновляемый каждый год), снова колеи меж деревьев, дорога ползет вверх, и – распахнутые ворота, пустая будочка охранника, наверху, полукругом, те же пять букв – но уже без церетелевских выкрутасов.

ДОЛ “Варяг”.

Добро пожаловать.

05 августа, 08:32, ДОЛ “Варяг”

Вернулась она через главные ворота, отметив мимоходом стоявшую рядом с ними серебристую незнакомую машину, похоже, дорогую… В иномарках Света разбиралась плохо.

Лагерь проснулся.

Разноцветные стайки ребят тянулись к столовой, из спортгородка доносились слова команд, перемежаемые взрывами детского смеха – Леша Закревский проводил зарядку в своей обычной манере.