Пасть: Пасть. Логово. Стая (сборник)

Да и не только часы – вся обстановка казалась странной, непривычной, чужой…

Он повернул голову, пытаясь оглядеться и разобраться, что же не так в окружающем мире, – голова откликнулась ломящей болью, а глаза уперлись в деревянную поверхность, секундой спустя опознанную как ножка кровати. Он лежал на полу. Понятно…

В памяти Колыванова всплывали события вчерашнего вечера: ужин и разговор у Горянина, внезапно застигнувший на пути к дому приступ застарелой болезни, бутылка с дешевой водкой… Дальше воспоминания обрывались, никаких даже кусочков- обрывочков, только давешний сон, но и он быстро тускнел в памяти.

Колыванов повернулся на бок, сел, игнорируя возмущение протестующего организма; и тут же, не прерывая движения, встал на ноги.

Это, пожалуй, оказалось несколько опрометчиво – он пошатнулся, ухватился за спинку кровати, но остался стоять, пережидая слабость и головокружение.

В разламывающейся голове билась одна мысль: существовать в таком состоянии невозможно, надо срочно поправить дело, вернуть организму хоть какую-то способность к функционированию…

Антипохмельных средств Колыванов за ненадобностью не держал, оставалась лишь надежда, что в аптечке найдется что-то от головной боли. И он нетвердыми шагами, опираясь на мебель, двинулся в сторону гостиной.

Тот факт, что он абсолютно обнажен, Колыванов проигнорировал.

Даже не заметил этого.

2

Одна бутылка лежала на столе, вторая стояла рядом, полупустая.

Третья валялась на полу – уже в виде кучки битого стекла, Колыванов ее поначалу не увидел – заметил, наступив босой ногой на острый осколок, вонзившийся в ступню, тут же закровоточившую.

С трудом наклонился, тупо поглядел на поползшую из-под ноги липкую красную лужицу, на останки бутылки с синей этикеткой, от которых поднимался сивушный запах.

То ли от этого запаха, то ли от отвращения к самому себе Колыванова затошнило – он едва справился с сотрясавшими желудок спазмами и заковылял, стараясь наступать лишь на пятку, к настенному шкафчику-аптечке.