Резервная столица. Книга 1. Малой кровью

Потом клыки серого разбойника располосуют импровизированную защиту, потом… что случится потом, даже задумываться не хотелось.

И он почти шагнул назад, даже сделал первое незаконченное движение. Но тут волк снова зарычал, как показалось, ехидно и торжествующе. От рыка Бикхан неожиданно разозлился сам на себя: если сейчас спасует перед зверем, заноза на всю жизнь останется, будет ранить душу стыдом. Он шагнул вперед, и еще, и еще… ну, чего ждешь, серый? Прыгай!

Волк словно ждал этой мысленной команды, – и атаковал.

Капкан на левой задней лапе почти не отразился на стремительности движений зверя. Оскаленная пасть не дотянулась совсем чуть, парня спасла выдержавшая цепочка, да «якорь», запутавшийся в кустах.

Бикхан отскочил и запоздало понял, каким наивным был его план: сунуть в пасть обмотанную руку, когда зверюга потянется к горлу. Хищник туда вообще не тянулся, он только что примеривался вскрыть клыками брюхо – так же, как сотни раз в своей волчьей жизни выпускал кишки копытным животным, и домашним, и диким.

А двигался волк так стремительно, что ничего и никуда подставить Бикхан не успел. Правда, сумел-таки ударить в мохнатую башку свинцовым оголовком камчи, но получилось плохо, вскользь, серый словно и не заметил.

Конек уже даже не ржал – истошно кричал и не человеческим, и не лошадиным голосом. Сотрясая ольшину, рвался с привязи, но оборвать ее не мог, поводья были прочные, а ольха достаточно толстой.

Сейчас всё кончится, мысленно пообещал жеребчику Бикхан.

Он и вправду сообразил, что сможет теперь прикончить серого без лишнего риска, не приближаясь вплотную, – покинув кусты, волк лишился очень удобной позиции, его больше не прикрывали со всех сторон густые ветви.

Бикхан быстро обмотал тонкий конец плети вокруг ладони, раскрутил камчу над головой. Рукоять вместе со свинцовым шаром рассекала воздух со свистом, импровизированное оружие напоминало теперь не странную хвостатую палицу, но кистень достаточно причудливого вида.

Серый наблюдал за этими приготовлениями, прижавшись к земле и рыча, однако отступить в заросли не пытался.

Получай! Удар свинцового шара пришелся не по голове, как метился Бикхан, – чуть дальше, по загривку. Хрусткий удар, плотный. В волчьем рычании впервые прозвучала визгливая жалобная нотка.

Не нравится? Сейчас будет добавка!

Кажется, Бикхан прокричал это вслух, внеся свой ноту в дикую какофонию из волчьего рычания и криков, издаваемых жеребчиком.