Смерти вопреки: Чужой среди своих. Свой среди чужих. Ангел с железными крыльями. Цепной пёс самодержавия

Перед этим я быстро просмотрел содержимое саквояжа и недовольно поморщился, так как добыча, скажем, на четверть, меня не устраивала. Драгоценности.

«А так весьма неплохо. Сорок восемь тысяч рублей. Двадцать две золотые царские десятки».

Какое-то время я мучился вопросом, как оправдать свои траты, пока не наткнулся в газете на объявление «Первый Московский ипподром. Ленинградское шоссе, 25. БЕГА. Трамваи № 1, 6, 7, 13, 23, 25. Автобусы № 4, 6, 8, 19, 21. Начало…»

«Вот и решение проблемы».

Целый месяц, по субботам и воскресеньям, я ходил на ипподром. Даже познакомился с некоторыми постоянными посетителями скачек. Суетился, спрашивал совета у профессионалов, делал ставки, кричал со всеми, когда к финишу приходил фаворит. Для большего правдоподобия взял пару раз с собой на ипподром тезку. Как и все, делал ставки и как бы дважды выиграл, по-крупному, а если сказать проще, то купил у настоящих счастливчиков их выигрышные билеты, так что теперь в случае необходимости я мог их предъявить.

Тем временем жизнь в стране Советов налаживалась. Отменили карточки, в продовольственных магазинах появились колбаса, мясо, копчености, сыр, конфеты, а в промтоварных – промышленные товары. Людей тянуло к красивой и хорошей жизни, но несмотря на то, что в Москве увеличилось количество магазинов, везде, куда ни глянь, стояли длинные очереди. Тратить время впустую не входило в мои интересы, поэтому этот вопрос надо было срочно решать. Только как? Тут мне помог Костик, который время от времени встречался с отцом и кроме денег иногда приносил кое-что вкусное из продуктов.

Обычно меня это не интересовало, принес и принес, а тут спросил:

– Что у нас там сегодня?

– Папаша дал банку красной икры и полпалки колбасы.

Я развернул бумагу, покрутил колбасу, понюхал:

– Сервелат?

– Да. Он в буфете взял, у себя в распределителе.

В стране Советов, которая жила под лозунгом «все для народа», великолепно прижилась система закрытых магазинов-распределителей, в которых избранные получали более качественный вариант «пайка».

Качество и ассортимент товаров и продуктов, продаваемых там, зависели от категории прикрепленных к ним людей. Вот и папаша Костика, относящийся к профессорскому сословию, был прикреплен к одному из таких распределителей. Обо всем этом я знал, но о буфете услышал впервые.

– Погоди-ка. Буфет? Так там за деньги можно купить?

– Конечно, можно.