Борьба или бегство

Вначале я просто смеялся над этим, и она в той или иной степени поддерживала мои шутки, но в один прекрасный день я решил настоять на том, чтобы эта проверка была пропущена – в конце концов, покидали мы мою квартиру. Когда она повернула ключ в замке, я мягко взял её руки в свои и улыбнулся:

– Давай теперь просто пойдём.

То, что произошло дальше, стало для меня полной неожиданностью. Вначале Надя просто заволновалась, сказав: «Давай всё-таки проверим», но когда я продолжил стоять на своём, она едва не разрыдалась.

– Там твой подарок!

– О чём ты?

– Картина.

Я подарил Наде картину с лошадьми, которая теперь стояла у изголовья нашей кровати.

– Ну и что?

– Я боюсь за них.

– Дорогая, мне тоже нравятся лошадки. Но это всего лишь картина. И дверь закрыта, ты только что сама её заперла.

– Я просто проверю.

Я молча отпустил её руки. Она дёрнула ручку, успокоилась и обняла меня:

– Прости меня, пожалуйста.

– Да я и не обижался…

Меня до глубины души поразило Надино поведение.

До сих пор я не придавал большого значения её чрезмерной внимательности к некоторым вещам, но игнорировать подобное было невозможно.

* * *

Несмотря на тревожность Нади и её внешнюю хрупкость, она определённо обладала сильным и упрямым характером. Это ярко проявилось в одиннадцатом классе, незадолго до того как мы начали встречаться. Именно тогда ребром встал вопрос выбора специальности, и коса «родительской заботы» Галины внезапно нашла на камень. Галина хотела, чтобы Надя пошла учиться на финансиста, а Надю интересовало рисование.

Галина приводила доводы: «посмотри, кто приносит деньги в семью», «рисованием ты сможешь заниматься потом, как хобби», «ты хочешь быть содержанкой у богатого мужика или иметь нормальную профессию?». Под раздачу попал Юрий, которого Галина приводила как пример художника-неудачника, сидящего на шее у самоотверженной жены. Она увещевала: на какие деньги Надя будет снимать квартиру, покупать еду, путешествовать? Ведь родители не собираются вечно быть спонсорами. Она плакала, говоря, что желает Наде лучшей жизни, и упрашивала прислушаться к её совету.

Давление продолжалось месяцами. Юрий не пытался вмешаться, обыкновенно слушая доводы жены с опущенным взглядом. Надя отмалчивалась, но начала готовиться к поступлению на кафедру рисунка и живописи в Политех[5 - Московский политехнический университет.]. Летом, как раз перед путешествием в Карпаты, она более-менее успешно сдала ЕГЭ и внутренние экзамены.