Морская служба как форма мужской жизни

Тот возмущенно замахал руками и гулко вдарил в свою грудь:

– Да что я. не понимаю? Так уж вышло!

Хозяин кабинета кивнул:

– Тем более, что он никак не собирался жаловаться, я его сам разговорил. А сейчас мы поступим вот так…

Выйдя из кабинета, комбриг ворчал себе под нос фразу из старого анекдота:

– Да не будет лейтенанту ничего, не волнуйтесь – ни шашки ему, ни бурки, ни автомобиля, ни сданных зачетов.

Вдруг на «Вытегре» раздалось пять протяжных звонков. Это на корабль прибыл комбриг. Заметив вытянувшегося перед ним Волынского, комбриг горестно вздохнул и почти благодушно укорил его:

– Ну вот, как что не так – так сразу к начальнику штаба флотилии.

Никого ближе – не видим! Сами могли бы разобраться!

– Вы меня и слушать не стали! – храбро ответил Сэм.

– Дежурный, строить бригаду по большому сбору! – приказал комбриг, пропустив реплику Сэма мимо ушей. Стоявший рядом с ним командир дивизиона обиженно молчал, уже получив свой «фитиль до места» от самой души начальника и многозначительные обещания нетрадиционного общения с ним.

Теперь он демонстративно игнорировал Волынского. Еще бы! Фитиль еще дымился!

«Наверное и ему перепало!» – справедливо предположил лейтенант.

– Вы бы еще к командующему флотом сходили – это рядом. Наискосок, через залив! – «посоветовал» комдив, вложив в эту фразу весь доступный ему сарказм.

Тем временем построились все экипажи, офицера штаба. Под руководством командира бригады началась перегрузка продуктов с тральщика на разъездной белоснежный катер командующего флотилией, стоявший на соседнем причале.

Ухоженный и сияющий, как игрушка, он стоял и укоризненно покачивал мачтой. Командующий флотилией был где-то в отъезде и начштаба распоряжался за всех.

Похищенные продукты, как ни странно, тоже вернули – комбриг нашел волшебные слова для командира тральщика, на котором они были временно складированы.

Матросы тащили мешки с крупой и картофелем, ящики с консервами и овощами, свиные туши, коробки с «синей птицей» (так тогда называли пайковых кур, шкура которых отдавала какой-то потусторонней синевой).

Все это аккуратно загружалось на катер, укладывалось и закреплялось на верхней палубе. Офицеры и мичмана строго контролировали, чтобы ничего не ушло «налево».

Комдив выделил несколько матросов для разгрузки, опытного штурмана на для управления катером на ходу и маршу по заливу. Тотчас катер отвалил от причала, помчался к заводу, тащил за собой бурун на уровне юта.