Переходный возраст

– И куда мы идем?

– К «Вишневому саду». А оттуда выйдем к новому озеру.

– Разумные девушки не ходят на ночь глядя в лес с мужчинами. Откуда я знаю, что у тебя на уме, – полушутливо проворчала я.

Андрей обернулся.

– А ведь действительно. Знаешь, никак не могу привыкнуть, что ты уже не мелкая соседская девчонка.

– Как будто мужчинам, которые заманивают девочек в лес, так важен их возраст, – парировала я, успешно скрывая, насколько поставила в тупик его фраза: так прямолинейно и честно он сказал о той неловкости, которую чувствовали мы оба.

Но Андрей не собирался никуда меня заманивать. Между деревьями обнаружилась широкая утоптанная тропа. Пять минут спустя мы вышли к симпатичному поселку.

– Совсем рядом, – удивилась я.

– Ты правда никогда здесь не была? Подростками мы все друг друга знали, постоянно собирались вместе.

– Нет. Детьми нас никто не отпустил бы шататься по лесу. А подростками мы предпочитали города.

– А мы торчали здесь каждое лето от и до, все между собой дружили.

– Звучит ностальгично.

– Да-а, славные были времена, – мечтательно протянул Андрей.

– И что, до сих пор дружите?

– Конечно, нет, – помрачнел он. – Все заняты, все семейные, уже никого так просто не соберешь на костер на всю ночь.

– Есть же другие места и другие развлечения.

– Есть. Но эти были лучшие.

Повторюсь, я не славилась умением сохранять дружбу годами. Люди, которым удавалось это делать на протяжении десятилетий, несмотря на то, что каждый жил своей жизнью, вызывали… не то чтобы восхищение, но любопытство.

Я была убеждена, что это не про меня. Как и ностальгия. Я возила в душе багаж событий, впечатлений, эмоций, но, изредка перебирая их в памяти, никогда не сокрушалась. По Андрею же казалось, что ничто в его жизни не смогло затмить ослепительные моменты юности. Для меня, как и для многих, это время осталось вечным летом, но оно прошло, и за ним передо мной открылся целый мир. Разве и дальше наслаждаться им – предательство по отношению к тому, что мы уже пережили?

Я никогда не могла удержаться от соблазна испытать новое впечатление. Всю взрослую жизнь была как ветер: захвачена тем, что впереди. Беда ветра в том, что он вынужден всё время куда-то лететь – иначе исчезнет. Да, я была свободна и не знала границ, но иногда чувствовала себя неприкаянной.