Реликтовая популяция. Книга 1

 – Однако, стехар, у тебя замашки придорожного содержателя крыши. Так о чём будем торговаться?

– Как о чём? – не меньше Свима выразил удивление Ф”ент, сказавшееся на оскале его зубов. – Я говорю, что и как надо сделать и прямым путём довожу вас до границы Заповедника Выродков. А ты…

Стехар замолчал, явно драматизируя сцену торга. Свим с усмешкой на полных щеках, наблюдал за ним. Выродок видел его ироничное отношение к происходящему и подыгрывал человеку. Интригующе ждал.

Свим сдался первым, не хотелось ему играть в загадки – время не стояло на месте.

– Говори! Коль начал, так и заканчивай.

– Мне повторить, что я ставлю со своей стороны?

– Не надо, я понял. Теперь – твои условия?

– Естественно, – Ф”ент быстро облизнул губы. – Ты возьмёшь меня в свою команду.

Свим от неожиданной просьбы повёл плечом. Он, в принципе, начиная торг, предложенный выродком, не ожидал от него ничего хорошего. Оттого и улыбался, ибо уже придумал весомую, по его мнению, реплику, чтобы отбить всякие посягательства стехара на что-либо.

Впрочем, он не знал, к чему клонит Ф”ент, потому и реплика должна была прозвучать примерно так: «А не хочешь ли ты быть подвешенным за свой ободранный хвост на люстре?»

Но желание Ф”ента его сбило с настроя, и он не нашёлся, как ответить ему.

Взять его можно было. Почему бы и нет?

Дороги и тропы, исхоженные Свимом в течение жизни, особенно после того, как он стал агентом и охотником Фундаментальной Арены, научили его одному из немудрёных, но главных правил: каждый разумный в команде, идущей вне тескомовских дорог, не лишний, вне зависимости от ума или силы.

Кемеш, сдаётся, и вправду не зря советовался с этим потомком лис. Так почему же ему отказываться? Но беда состояла в том, отказать ему или нет, что с самой первой минуты знакомства Свим не доверял ему. В причинах своего ощущения он не вдавался, так как и сам не знал, отчего у него сложилось негативное убеждение к стехару. Что-то таилось за его словами, поведением, взглядом, сидения в цепях. Какая-то недосказанность или хитрость, которой Свим не мог разгадать, и которая была ему не по нутру. Особенно его подозрения к выродку усилились после явно заинтересованного вопроса о Камрате.

– Э, стехар. Дорога у нас опасная, – неопределённо начал дурб. – И длинная. И, а это хуже всего, долгая. Мне же показалось, – Свим прижал руки к груди, словно соболезнуя и желая всей душой помочь, – ты жаждешь вернуться в родной клан, к Хранителям Талисмана.