Реликтовая популяция. Книга 3

 – Соберём всех наших и… Нет, мы не сбежим, – закончила она грустно.

– Ещё как сбежим!

– А твой ребёнок?

– Какой ребёнок? – задохнулась Гелина.

– От Харана. Какой ещё? – надула губы младшая гита.

Гелина долго не могла прийти в себя. Что ждёт ребёнка, она сама узнала только что, а о том уже известно даже Грении.

– Откуда?.. Откуда ты знаешь?

– А, все знают, – будто о безделице поведала Грения. – Да и что в этом особенного? Вы с Хараном…

– Грения!… Что тебе дался Харан?.

. Тебе вредно общаться с взрослыми женщинами.

– Я и без них всё знаю. Они такие же, как и ты. Только шепчутся. Вот Жариста…

– Это она тебе наговорила обо мне?

– Почему наговорила? Она вообще говорила обо всём. И ты тут ни при чём… В конце концов, должна я знать всё. Я тоже буду женщиной…

– Грения! – схватилась за грудь Гелина. – Слышал бы нас твой отец, он опять бы сказал, что мы – странное поколение… Он так говорил. Мол, последние примерно пятьдесят лет родятся люди, не похожие на своих родителей.

– Мы-то с тобой похожи, – недоверчиво произнесла Грения. – Что они, то и мы.

– Мы не похожи на них не лицами, а в другом. В нашем поведении, в мыслях. Мы, то есть наше поколение, меньше прячемся в домах и хабулинах, а выходим чаще на улицы и даже за койну. Будто бы стало больше опритов, как себя называют бандиты, а так же бойцов Тескома, хожалых, лесовиков и изгоев… Мы вот с тобой… И Харан, и Свим, и Камрат тоже такие.

Непоседы. Из странного поколения. И даже этот дурак Зиберлан… Оттого его восстание.

– Он противный, – делая гримаску на лице, веско заявила Грения. – Всем улыбался, а глаза злые-презлые. Он всех укусить хотел.

– Он меня хотел. Но чтобы я, гита…

– Ну, да, с Хараном…

– Ты, Грения, ещё не знаешь, что такое любовь. В любви нет гит и ухропов, а есть двое – влюблённых друг в друга.

– Я знаю, не рассказывай.

– Да что ты знаешь? – Гелина округлила глаза и следом почти шёпотом спросила: – Камрат?

– Камрат, – так же не громко подтвердила Грения и поникла головой: – Он…

– Ой, Грения!.

. Мы и вправду из странного поколения. Он же на пять или больше лет тебя моложе. И ростом ниже.

– Ну и что? Через тридцать лет, когда мне будет пятьдесят, – девушка помолчала, по-видимому, представила для себя вечность этих лет, – а ему сорок пять… Какая разница?

– Смотрю, ты уже всё обдумала.