Реликтовая популяция. Книга 3

– Вот и попробуй! Все, конечно, не поверят, но какая-то часть кинется на их поиск с жаждой отмщения. Впрочем, пусть не увлекаются. Нам они нужны живыми. Живыми, Присмет!

– Это понятно, – с неохотой отозвался бывший фундаренец.

Ему не хотелось начинать всё сначала. Новые тревоги, лишние движения и волнения, а он устал. Ему хотелось вернуться домой, узнать о сыне, да и вообще хотя бы на время позабыть обо всём том, чем он занимался последние десять лет.

– Договорились! – прихлопнул ладонью Жуперр.

 – Я тебя не держу. А ты, Тлуман, останься!

Присмет тяжело поднялся, почти доставая головой ложного потолка, за которым пристроился Сунда. Он мог бы одним рывком вытащить незадачливого телохранителя Жуперра вместе с его вонючим арбалетом, запрещённым к употреблению тысячи лет назад. Однако появляются люди обличённые властью, готовые всеми правдами и неправдами шагнуть за черту недозволенного, противного разуму и традициям.

Жуперр, поди, думает сохранить роль Сунды в тайне, но о нём знают не только все тескомовцы, но и другие, кому это знать не следовало бы.

Потому что, если можно Тескому, то почему нельзя вооружиться агретами бандитам, лесовикам, изгоям, хожалым?..

«С кем связался?» – горько подумал Присмет, ударом кулака открыл дверь и вышел, не заботясь – закрылась ли она за ним или так и осталась распахнутой настежь.

– Ты за ним последи, – наказал Жуперр ровным голосом Тлуману, когда тяжёлые шаги «Куска Мяса» удалились. – Не нравиться он мне… И закрой дверь!

Глава 6

Свим покидал хабулин Кате Кинг Кторы со смешанным чувством недосказанности, неуверенности и уныния.

Долгое общение с Калеей, Ольдимом, с преобразившимся до неузнаваемости Камратом и хозяином дома утомили его. Не столько сам разговор утомил, сколько его содержание. Развеялись некоторые радужные и туманные надежды, питавшие Свима всё то время, пока он ожидал обещанной встречи с бабкой малыша и самим Камратом.

Свим шёл за проводником, возвращавшим его домой незнакомыми переходами подземелья, думал и вспоминал.

А, вспоминая, удивлялся – сколько всего было наговорено, а он словно отсутствовал при этом…

Нет малыша, истаяли и надежды. Правда, неясные самому Свиму. Но зато теперь понятно, что никогда ему, похоже, не быть свободному человеку, поскольку нет таких организаций, где свободные действия, как способ служения каким-нибудь идеям, поощрялся бы.

Так случилось и сегодня.