Пророчество Гийома Завоевателя

Как он ни готовился к этому известию, все же, оно ударило его душу больно и страшно. Губы его дрогнули, сеть морщинок покрыла уголки век, скулы резко выступили на его лице. Многие говорили, что именно средний сын герцога наиболее походил внешностью на своего великого отца. Гийом вытер лицо рукой, словно стряхивая с него все эмоции переживаний, шумно выдохнул из себя воздух, вздохнул, и произнес:

– Мы очень скорбим по кончине нашего родителя. Прошу вас, немедля, отправиться к мессиру великому коннетаблю Англии и передать ему, что я отбываю в Англию.

Дальше… – Гийом задумался. – Дальше, мессир Гуго знает, что должен сделать. Мы более не задерживаем вас, рыцарь.

Гонец встал и добавил:

– Сир. Есть еще одна новость…

Гийом удивленно посмотрел на него:

– Говори…

– Сир. Ваш отец перед смертью так и не назвал имя наследника престола Эдуарда Исповедника.

– Хм…

– Он вручил Англию… в руки Господа.

Гийом зло и страшно улыбнулся, какой-то волчьей ухмылкой обнажив острые ряды зубов:

– Ну, так я сам возьму её!!!

Гийом Рыжий повернулся к своим конюшим и сказал:

– Быстро! Самого шустрого и выносливого скакуна мессиру рыцарю! Его ждут в Руане.

Гонец поклонился и побежал к конюшим…

«Вручил Англию Богу… – подумал про себя Гийом, теребя подбородок. – Боже! Как это похоже на отца! Его вечные манеры ставить всех в тупик своими решениями и поступками. Ладно! Я сам возьму то, что мне полагается по праву рождения!»

Внезапно, Гийом понял, что произнес очень важную фразу.

Он плюнул на землю.

«Право рождения! Я совсем забыл, что Робер среди нас – старший! Неужели, все достанется ему? Нет! Скорее в Англию! Надо успеть захватить казну и привлечь саксов, недорезанных моим покойным родителем. Пусть, простофили, помогут мне, надеясь на восстановление былых законов…»

Он поспешил к кораблю, возле которого собрались рыцари его эскорта:

– Вперед! На Англию!

Гийом резко взбежал по трапу на борт корабля.

Рыцари поспешили за ним. Капитан судна – фламандский наемник что-то крикнул на своем языке, гребцы веслами оттолкнули судно от причала и стали ставить парус. Ветер, словно нехотя, стал раздувать треугольный парус, все сильнее и сильнее наполняя его. Судно, с небольшим креном на левый борт, развернулось, и вышла из устья Сены навстречу морскому простору и неизвестности. Молодой принц стоял на баке судна, широко расставив ноги, и смотрел вдаль.