Понять и полюбить

И что это за газета такая ваша, которая, не разузнав всё как след, прописывает такое, что мы аж за голову хватаемся и думаем, может быть, сидеть на печи и не высовываться со двора, чтобы кто-нить тот, кто пишет гадости всякие о нашем селе, не опозорил и меня на весь свет. А я, скажу вам Господин Редактор, Милостивый Государь, не заслужил такого к себе обращения. Ну, и что, что пару раз, – иногда, что уж душой кривить, и три и четыре раза в неделю напиваюсь до поросячьего визга. Именно так говорит моя жена: «До поросячьего визга», но на свои же пью, в долги не лезу! У деток пимы есть, правда одна пара на всех семерых, но ничего, здоровее будут, неча заздря шастать по улке и простывать заздря.

У жены кацавейка овчинная есть и платок пуховый от бабки ейновской. А ей больше и не надо. Куда ходить-то ей? В стайку к корове, да в курятник, ей и этого более чем…

Так вот, господин хороший, Государь Милостивый, Господин Редактор, спрашиваю я вас, кто таков тот оглоед, который всё прописывает про наше село? Назовите его имя, и мы воздадим ему как положено за злобство его, чтобы не писал напраслину разную на нас, честных тружеников-крестьян.

Кто ж он такой, прямо как невидимка какой-то, али ещё хлеще дух нечистый, поганец нечестивый? Откройте имя его нам, коли ваша газета такая правдолюбивая, а иначе получается, что пишете вы всякие безобразия анонимные, и газета ваша от этого тоже получается, какая-то мутная, сообразно бумаге вашей серой, на которой печатаете вы всякие непроверенные факты.

Это что же получается? После ваших пропечатанных статеек боязно ужо купаться зимой при 30-ти градусном морозе. Нельзя и пчёл отпеть, которые померли, нельзя и в кредитном товариществе, али у пивной лавки побуянить, нельзя и к соседке молодой в гости сходить, когда муж её на охоте, али ещё где всю неделю отсутствует, нельзя и с товарищем три коромысла вина купить в винной лавке Кобылкина и выпить всё в один присест! То нельзя, это нельзя! А что же можно? Вроде как уже и нечего! И какой это чёрт всё пишет? А вы поддакиваете ему и подхлёстываете, чтобы он и дальше писал всякие гадости на нас.

А тут ещё и Филька Пустобрех (это у него фамилия такая – Пустобрех), туда же! Как газету вашу, где раздобудет, тут же на коня и ну по селу по дворам гонять и разносить по несознательным людям всякие безобразия, что пропечатаны про нас – добропорядочных русских крестьян.