Хуже есть куда…

 – Сам ты еще тридцать лет будешь нюхаться, какая из твоих пассий менее блядлива. А такими девчонками как эта, разбрасываться нельзя. Дай горчицу. У Лены сейчас большие неприятности и ты ей поможешь.

– Помогу?

– Конечно, ты же обещал.

– Ага, значит, я один обещал?

Рука Антона, держащая вилку с нацепленным пельменем, замерла над тарелкой.

– Слушай друг, неужели ты сейчас, как чмо последнее, начнешь отказываться от собственных слов? Не пугай меня так.

– Сам ты чмо, – огрызнулся Андрей.

 – С чего ты взял, что у нее проблема?

– У девочки мать исчезла. С утра ушла на работу, а вечером не вернулась. Живут они вдвоем уже пятнадцать лет, почему без отца и мужа – нас не касается. Прошло уже больше суток, а Екатерина Сергеевна, в смысле мать, не появилась и не позвонила. Естественно, Лена волнуется и уже в серьез собирается завтра начать обзванивать все больницы и морги. Она права, волноваться есть из-за чего, хотя не так уж все и страшно. Произошло следующее… Не чавкай, запоминай.

– Умеешь ты кусок поперек горла поставить. – хмуро заметил Андрей потянувшись к стакану с соком.

– Вчера вечером, когда Екатерина Сергеевна возвращалась с работы, её сбила машина. Водителя, при желании можно вычислить, но не знаю, стоит ли? Машина зацепила её по касательной, основная травма получилась от удара головой о бордюр. В результате сотрясение, потеря сознания и амнезия. Но это не страшно, через пару дней память вернется. Конечно, после сотрясения голова будет иногда побаливать, особенно перед непогодой, но в целом, могло быть и хуже.

– А что, документов у нее с собой не было?

– Были. Но тут уже происки судьбы, или фиг его знает, чего еще, сумочка отлетела и упала в приоткрытый люк канализационного колодца, находящегося у обочины. Самое интересное, щель от не до конца закрытого люка, размером только-только, захочешь не попадешь. А эта зараза, сумочка, с пяти метров, в полной темноте и точно в цель.

Короче болтается сейчас, зацепившись за обломок скобы в двадцати сантиметрах от того, что течет по стокам нашего города и ждет, когда ты придешь и совершишь подвиг во имя прекрасной дамы. Ты когда-нибудь совершал подвиг во имя прекрасной дамы? Ах да, помню, совершал.

Андрей пристально посмотрел на Антона.

– Ты все это серьезно?

– Знаешь, что, прекращай уже задавать мне этот идиотский вопрос. Сегодня я серьезен как никогда.