Тайна старого тополя

– Я заметил, что он почти на всех фотографиях, которые сняты дома, именно так и одет. Даже на последней, на которой написано, что сделана в мае этого года, два месяца назад.

– Правильно. Но в таком виде его не заставишь во двор и на минуту выскочить. А мне немножко жалко. Это же так красиво смотрится и элегантно, так чего же стесняться. Красоты не стесняются, ей радуются.

– Может быть.

Они помолчали. Женщина передавала Женьке мокрые тарелки, а он вытирал их полотенцем. Вскоре перед ним высилась целая стопка тарелок.

– Мне Коля рассказывал, – тихим голосом вдруг сказала она. – У вас в походе такие страсти случились с этим призраком. Он тебя, якобы, даже каким-то ножом ранил, а Света рану залечила, и у тебя только небольшой шрам остался. Это не выдумки?

Женька поставил вытертую тарелку в стопку, расстегнул на груди кнопочку и показал свой шрам. Женщина осторожно потрогала его пальцем и покачала головой:

– Значит, правда…

– Да, правда. Но Вы не бойтесь, Филарет сказал, что если мы втроем, то с нами ничего не случится.

– Да я уже заметила, что он всякие фокусы стал после похода выкидывать. Я тут недавно палец ножом поранила, так он в минуту кровь остановил и рану залечил, даже следа не осталось. Предметы мелкие стал взглядом притягивать, каналы телевизора без пульта переключает. Ты тоже так умеешь?

– Немножко, – уклончиво ответил Сережка. – Но с телевизором я ещё не пробовал.

– Неделю назад мы к знакомым на дачу ездили на выходные. Я на рассвете проснулась, смотрю – нет его на своем месте. Перепугалась страшно. Выглянула из дверей, а на улице туман. Выскочила, стала искать его, а он лежит на траве, раскинул руки и что-то шепчет, причем совершенно голый.

– Это он так подзаряжался энергией, – улыбнулся Женька. – Это не страшно. Мы все так делаем, и я, и Света. Только лучше всего, когда делаем это все вместе, втроем.

– Но зачем же голыми-то?

– Иначе ничего не получится.

– Странно всё это всё-таки, необычно. Со своей совой не расстается, постоянно носит её на шее, даже шепчется иногда о чем-то с ней. И пижаму наотрез на ночь надевать отказывается…

– Я тоже, – снова улыбнулся Женька. – Мне мама ночную рубашку купила…

– Чудны дела твои, господи! – снова покачала головой женщина.