На осколках мира

 – Что? Может там вооруженные люди или пришельцы, – она осознала, что перегнула про инопланетян, но под странным пристальным взглядом Уоррена миссис Харрис ощущала себя уличенной в преступлении и, отводя взгляд в сторону, несла всякую чушь. Неловкий и пугающий Джесс момент прервал Итан.

– Сегодня не наш день, – из темноты яхтенной каюты донесся приглушенный голос Олдриджа, – здесь живой.

Через время в кокпит вытащили мужчину. Он был в сознании, шевелил руками и неразборчиво говорил в бреду.

– Что вы делаете? – возмутилась Нона Уилкинс, когда Олдридж и Хансен принялись обвязывать его веревкой, чтобы поднять на «Лилит», – Эй? Вы в своем уме? Надеюсь, этого доходягу вы затаскиваете к нам в качестве еды?

– Отвали на хрен! Он сказал, что знает, где взять дизель и припасы! – Итан проверил надежность узла и дал команду поднимать раненого.

К тому времени, когда яхтсмен оказался на борту шхуны, Хансен обыскал яхту и выволок кису? для парусов, набитую найденными в каюте вещами.

Яхту подвязали к кнехту на корме и теперь за «Лилит», подпрыгивая на волнах, следовало еще одно судно.

– Куда денем раненого? Может в капитанскую каюту? Марти, ты как, не против? – съязвила Уилкинс, но Уоррен спокойным тоном сказал, что это лучший вариант для гостя шхуны.

Ночь прошла спокойно. Самочувствие команды постепенно улучшалось. Сонливость и головная боль остались, а вот отдышка прошла почти у всех. Команда собралась в кают-компании раньше обычного.

На столе лежали пожитки, найденные на яхте. Спасенный яхтсмен находился в каюте капитана.

– Можно сказать, мы ему жизнь спасли. Давайте съедим по консерве. Разве мы не вправе? – Нона пододвинула к себе несколько жестяных банок, – без нас он бы сдох, ведь так? – ее шепот срывался на хрип.

– Так поступать не стоит. Он обещал отвести нас туда, где есть еда, вода и топливо. Да и не по-человечески это. Так что наберись терпения, сделай вид приветливой и гостеприимной, пока мы не окажемся на месте, о котором он говорил.

 – Хансен вернул банки с тушенкой обратно к остальным продуктам, – а потом можешь показать свое истинное лицо, – добавил Ноа.

Подруга Джессики уже было хотела напомнить ему, что не пристало говорить о человечности тому, кто за спиной товарища втайне спит с его женой, но вовремя осеклась, ведь за столом сидела вся команда.

– Ноа, на ее роже и так все написано.