Последний рассвет

Посеребрённый шлем, украшенный парой настоящих изжелта-белых тигриных клыков, хранился в большом раскрытом бархатном футляре, вертикально размещённый на двойных металлических пластинах доспеха с нагрудником, обтянутым кожей, кое-где зашитой золотистыми толстыми нитями. Накидка из шкуры тигра-альбиноса, заколотая золотой брошью в форме дракона, изготовившегося к броску, была выстлана на тумбе, рядом расположились яри и нагината со старинными узорами, изображениями невиданных животных на древках.

– Как думаешь, Мотоёри, я умру как мой отец – в бою? – вдруг спросил Хадзиме, внимательно воззрившись на советника влажными глазами.

Он остался в одном тонком белом юката, в котором обычно принимал горячую ванну. Слуги, убрав атласную ленту, распустили его длинные волосы. Среди сверкающего металла доспехов и оружия он казался себе мё-о – великим воителем, существом, спустившимся с Небес в бренный мир защищать людей от демонов.

– Не хочу об этом думать, повелитель! – глубокая горестная морщина прочертила лоб Мотохайдуса, на глаза навернулись слёзы.

– Как же ты хитёр, Мотоёри, – улыбнулся вдруг Ёсисада Хадзиме. – Прямо как я!.. Давай-ка мы с тобой поговорим начистоту и без свидетелей.

Мотохайдус, молча, выжидал.

– Во дворце предатель, – сказал сёгун выразительно. – Я хочу этого негодяя обмануть – для того, словно базарный лицедей, расписывал наши якобы стратегические планы перед всеми. Когда шпион донесёт Оде, тот ослабит заслон Нагоя с северного направления и кинет резервы на западную границу.

Конечно, в ближайшие месяцы никаких военных походов мы не предпримем, будем оттягивать выступление под любыми предлогами хоть до Нового года, когда замёрзнет река. Дадим Оде время переместить войска и обжиться на ложных позициях. Но это, в общем, дело не твоё, кампаку. Ты мне перевёртыша найди.

Такэда выставляет претензии императорскому дому за Кофу, ведь крепость разорили из-за козней тётушки Саюке! Кстати, а где пребывают некоторые члены императорской фамилии сию минуту? В частности, Саюке-химэ и её юная компаньонка по додзё Кендзо-сама, моя ненаглядная Суа-тянь? И нет известий от старого Сендэя – как в воду канул! И ещё, мэцукэ доносят, будто обидчик Мицухидэ – как его там, Кагаси Тэнгу, что ли, – объявился в Эдо, в квартале наслаждений.

Сцапай-ка мне этого тоже!

Нервное напряжение, словно тигр пожирало Мотохайдуса с той самой фразы Хадзиме о здравии Мицухидэ, обращённой именно к нему, Мотохайдусу.