Впереди только тьма

Паладин был наслышан о чародеях, что посвятили себя науке мироздания, открывали новые возможности, покоряя стихии. Они словно упивались своей властью и ни с кем не делились ею, углубляясь сильнее в изучения. Это были светила науки, толкавшие медленно и верно прогресс, но явно не для всего человечества.

Но сам Адриан лучше всего знал этих богатых самодержцев за их темные стороны. Всегда находились люди, развращенные властью. Именно за такими, именуемыми отступниками, паладин и охотился всю свою жизнь. Маньяки среди них были самыми безобидными, если, конечно, такое можно сказать о людях, пускающих из пальцев свет, способный разрезать металл.

Чародеи, которые стали простыми преступниками, для паладина не были такими уж занозами. По крайней мере, они были предсказуемы.

Но был еще и другой сорт отступников. Истинный Феникс не зря предупреждал всех о недопустимых гранях магии. Их воспрещалось изучать во всем Едином Королевстве. Но ведь запретный плод сладок, не так ли? Каждый год находились десятки богатых глупцов, решивших, что достойны большего.

Они лезли туда, куда не надо, раскрывали новое, неизведанное, богомерзкое. Адриан помнил многих из них. Расправиться именно с ними чаще всего отправляли Гофарда. Он помнил скрюченные, деформированные тела с сотнями глаз. Огромные дьявольские крылья хлопали над головой в темных полях. Первые годы ему часто снились кошмары. С безумием просыпался, хватаясь за свой кулон.

Омерзительные сны снятся ему до сих пор. Только теперь он не просыпается от них.

***

Адриан уже покорил несколько лестниц, но так и не понял, в правильную ли сторону он идет. Сколько ни плутал, он не смог найти хоть одну живую душу. Все словно разбежались от него, ловко спрятавшись за дверями, а их была уйма. Выйдя на один из этажей башни, паладин просто встал посреди большого коридора. В стороны от него уходили еще три ответвления, в которых царило безмолвие. Наверно, чародеи уверены, что найти дорогу можно интуитивно, раз исключили любые видимые знаки направлений.

Адриан уже надеялся встретить еще одного уборщика, хотя бы кого-нибудь.

– Ой, надо же! Какие гости у нас! – эхо игривого голоса заставило вздрогнуть мужественного воина. Словно из укрытия, хрупкая девушка выглядывала из проема двери в отдалении. – Сейчас, сейчас!

Что ж, это будет получше оборванцев. Оставалось надеяться, что у этой молодой особы хватит ума доступно объяснить дорогу.

Адриан, рефлекторно выпрямившись, устремился по коридору к девушке.