Впереди только тьма

В сторону архимага обвинительно направил перст:

– Вы знаете что-то важное, но боитесь грязи на руках! Может, это вы хотите спасти свою шкуру, выдав вашего коллегу? Или здесь что-то еще? Не поделили с кем-то власть? Убираете конкурентов? К Бегемоту и его матери все! Я не собираюсь плясать под ваши приказы! Вы мне скажете все, архимаг…

– Я ничего вам более не скажу, – не теряя лица, жестко перебил Анктус, не спеша поднимаясь. Кончики усов поникли, потеряв дружественный вид. Мех на белой мантии слегка затрепетал от усилившегося сквозняка.

 – Лишь предупрежу о еще одном условии. Компанию вам составит мой другой советник. Он явится следующим утром к вашему блаженному собору. Доставайте его своими вопросами, а уж он проследит за вами и вашим нравом, чтобы вы нас к чертям собачьим не отправили.

– О, нет, Анктус. Я не собираюсь вместо вас глупо помирать, – не унимался Гофард. Праведная ярость вновь накрыла его с головой, он перестал различать вещи вокруг себя. Держа рукоять меча на поясе, монах решительно направился к столу архимага за ответами.

Воздух затрепетал с большей силой, едва воин сделал пару шагов. Краем глаза паладин заметил, как на нагруднике заиграла искра. Яркая краткая вспышка ослепила его, начисто опустошив голову от диких мыслей. Резкий толчок выбил дыхание из груди. Почти неслышный стук о дерево, с которым он влетел в кресло, сломав ему ножки. Гофард прочувствовал, как по коже прошла болезненная дрожь и упокоилась где-то внутри тела. Сознание полностью прояснилось, и, недоумевающе вращая глазами, он выловил силуэт архимага.

По взгляду Анктуса стало ясно, насколько тот устал как физически, так и морально. Его печально-понимающая улыбка вновь не сходила с лица, но голос отдавал предвзятостью:

– Прошу, больше не испытывайте мое гостеприимство. Просто выполните приказ, как полагается, и долг будет уплачен. Можешь передать это своему хозяину. Ты же у нас бешеный пес на привязи?

После удара молнией координация Адриана хромала. Инстинктивно стирая рукой липкую кровь с лица, он лишь сильнее ее размазал.

Багровая влага размеренно продолжала поступать из носа. Переваливаясь, он смог подняться со сломанного кресла, пытаясь не смотреть в сторону Анктуса. В голове не было ни единой мысли. Пропал весь яростный запал, оставив лишь пугающую пустоту. Адриан даже не понимал, что и думать о своем унижении. Словно во сне, не чувствуя тела, он дошел до двери вялыми шагами. Опираясь на стальную ручку, он пытался хоть что-то сказать.