Чернобыль. Обитель зла

– Ну привет, пропажа! – весело сказала она, подойдя и чмокнув меня в щеку. Я крепко обнял ее и чуть приподнял – наше ритуальное приветствие.

– Я не пропажа. Я просто тут новую головоломку нашел. Разбираюсь, – я кивнул на труп монстра под мешковиной на столе. – Может, ты поможешь прояснить, что и как?

Маша искоса глянула на стол и покачала головой.

– Знаешь, Сережа, мне кажется, что как раз наоборот – запутаю до предела.

– Это как? – удивился я.

Маша знаком пригласила меня следовать за ней и подошла к столу, на котором лежали распечатанные на лазерном принтере листы бумаги.

Как я понял, с результатами аутопсии.

– Значит так, – сказала Маша, – ты привез ко мне убитую тварь, которая по всем внешним признакам не имеет абсолютно ничего общего с человеком. Другая структура кожи, форма передних и задних конечностей. Сорок восемь зубов, наличие ярко выраженных клыков. Хотя она прямоходящая. То есть опорно-двигательный аппарат у нее работает, как у человека. Хотя, сам понимаешь, при нормальных условиях это никак не тянет на общий признак.

Я кивнул головой, показывая, что полностью согласен с ходом мысли Маши.

– Совсем другое дело – внутренности, – сказала Маша. – Тут я оказалась в тупике. Не знаю, как это объяснить. Хоть убей, не знаю.

– А что такое? – удивился я.

Маша поворошила листы, уселась за стол и посмотрела снизу вверх прямо мне в глаза.

– У него очень странное устройство внутренних органов. Смотри. В целом набор более-менее стандартный и понятный.

Есть легкие, сердце, органы пищеварения. Есть очень хорошо развитый головной мозг. Что поразительно – состоящий не из двух полушарий, а из трех долей. Две большие и одна малая, расположенная между ними. Есть также некоторое количество мелких органов, которые я так и не сумела опознать. Скорее всего, какие-то железы. Но это просто так не подтвердишь и не опровергнешь – надо долго и фундаментально исследовать.

– Жаль, что мы не в кино, – усмехнулся я.

 – Там доктора всегда такие всезнающие, что хоть стой, хоть падай.

– Жаль, – согласилась Маша. Из того, что она не подхватила мою фантазию, я сделал вывод: дело еще серьезнее, чем мне показалось на первый взгляд.

Она потерла лоб – жест усталости и в какой-то мере беспомощности. И продолжила:

– Странность, собственно, в том, что некоторые из органов нашего «красавчика» полностью идентичны человеческим. Другие – напротив, совершенно не похожи.