В поисках Тартарии: Перстень Искандера

Мы шли от гардероба по коридорам первого этажа. Я не мог разглядеть ноток иронии в лице впереди идущей сотрудницы архива. Вдруг остановился, пытаясь понять, не разыгрывают ли меня.

Вера Степановна, заметив мой растерянный вид, задумалась.

– Постойте. Не Ксюшу ли вы вчера видели?! – лицо женщины просветлело, на нем появился след улыбки. – Чуть ниже ростом, Ваша ровесница, с каштановыми волосами?

– Да.

Она рассмеялась.

– Так это Ксюша была! Племянница нашей кассирши. Приходит иногда тетку навестить.

– По краеведению ей есть, что рассказать, – не стал терять виду, удивившись вскрывшемуся обману одноклассницы.

– Возможно, – женщина продолжила путь по коридору. – Так с каким вопросом Вы нас посетили?

– Разбойники…

В горле чуть пересохло от досады. Зря положился на друга детства. Оксана – самая настоящая разбойница, о которой следует написать статью! Несмотря на свое жульничество, она сильно помогла, указав на связь камня Искандера с мавзолеем Аланского правителя.

– Верно, верно. Про разбойников и их клады. Что еще всегда интересовало столицу? – согласилась Вера Степановна. – Кто, о чем, а лысый о расческе.

– Не понял…

– Не важно, пройдемте!

Вскоре меня усадили за широкий стол среди складских стеллажей. На полках пылились сотни коробок с бумагами. Пометки на стеллажных ярлыках записаны шифровками мест хранения, трудно понимаемыми работниками архива.

– Как таковой, отдельной картотеки по персонам у нас нет, – принялась за работу хранительница архива. – Поэтому придется листать рапорты и отчеты городских правоохранительных контор. С какого года начнем?

– Интересуют разбойники, приговоренные на казнь в 1863 году.

– Конкретное имя известно? – проходя мимо полок в поисках нужной коробки, архивариус делала пометки в свой блокнот.

– Известно о нем немного. Аль-Аль – возможно, это прозвище.

– Если это рядовой пьянчужка или рыночный вор, вряд ли что-то есть… – скептически вздохнула женщина и чихнула.

На столе напротив лежал толстый сшив и папочка с желтыми листами. На корешке сшива значилось: "Проекты зданий начала девятнадцатого века».

– Еще хочу узнать о судьбе фельдшера Ставропольского гарнизона того периода. Петр Александрович, его фамилия неизвестна.

– С этим проще, – вздохнула женщина, вновь помечая в своем блокноте.

Я не решился притронуться к бумагам на соседнем столе.