ХГЧ. Хорионический гонадотропин человека

Какой он доктор экономических наук, если живёт в доме под ипотеку? У экономиста обязательно должно звенеть в карманах достатком! Крепкий хозяйственник, он издалека виден, как минимум из Черногории.

Кот скрылся в щели между забором. Ему и надо было, чтобы хозяин открыл ему путь в широкий, но холодный мир. Он убежал, но обещал вернуться. Как бы ни манили дальние амбары, переполненные мышами, он прибежит спать на родной диван, к любящим его людям.

Александр зашёл за дом, где на заднем дворе горой навалены бревна.

Они распилены по тридцать сантиметров. Длиннее не поместятся в топку. Некоторые пеньки весьма массивны. Самый большой, что удалось найти, доктор экономических наук водрузил перед кучей поленьев в качестве эшафота. На нем он лихо приноровился орудовать колуном, измельчая дрова.

Щелк, и по сторонам разлетелись ровные четвертинки большого круга. Такая аэробика полезна престарелому мужчине. Всю жизнь он провел на теплом офисном кресле, водя пальцем по счетам. Мышцы соскучились по крепкой работе.

Размахивая колуном, Григорьев воображал себя лихим генералом эпохи Наполеоновских войн. Он, не иначе как под Аустерлицем, разгоняет декабрьскую стужу кровавой бойней – рубит головы неприятеля, казнит предателей, а после, бравый герой отправляется на бал пить шампанское. Будучи в Петербурге на ежегодных симпозиумах, Александр Родионович непременно захаживал на костюмированные балы. Кавалеры одевались в наряды девятнадцатого века, дамы накручивали себе изящные прически.

А ему очень шла шапка с тремя углами. Это все игры. И пока мужчина способен играть, он живет.

Дрова нарублены, враги повержены. Нужно срочно заходить в теплый дом, дабы коварные Ставропольские ветра не выдули из старика остатки здоровья.

Уехав на Ставрополье, Григорьев составил себе расписание. С утра, покуда голова не забита дневными заботами, разбирал записи, проверял расчеты теории, после обеда следовал часок просмотра информационного контента. Он продолжал ощущать себя частью великого механизма, двигающего человечество к светлой жизни.

Созерцание в телеэкране крушения идеалов через войны и кризисы заводили Александра в депрессию. Из нее выход в обязательных мышечных нагрузках: колка дров, наполнение ими прихожей, расчистка завалов во дворе. К вечеру он садился за свой письменный стол, тихо стучал по клавишам ноутбука, чтобы не будить дочку, спящую в соседней комнате.

Тем временем он задумал провести собственное расследование.