На границе вселенной. Шёпот звёзд

Мама положила меня на мягкую кровать и ушла. Дальше в моих воспоминаниях всё туманно. Помню голос из темноты, тяжёлым тоном говорящий, что мне не место в этом мире, и жить я не достоин. Никто не спорил.

Мама вернулась, но теперь я чувствовал от неё только холод. Она поцеловала меня в лоб ледяными губами, завернула в тёплое одеяло и трепетно отдала человеку с грубыми руками. А он прижал меня крепко к груди, отнёс к шлюзам, колеблясь, подошёл к модулю выхода в открытый космос и оставил меня в небольшом отсеке.

Сердце успело простучать несколько раз, и шлюзы открылись. Моё маленькое тело резко унесло в тёмный космос. Почему мама позволила сделать это со мной?

Только вот я не умер. Мои жизненные процессы замедлились так, чтобы впасть в состояние, схожее с анабиозом. Я оказался сильнее холодного безжизненного космоса и крепко уснул. Дыхание остановилось на последнем выдохе, тело замерло. Но, несмотря на сон, где-то в подсознании я понимал, что происходило со мной.

Полная темнота вокруг.

Только мелкие звёзды просвечивали из тьмы и что-то шептали мне во сне. Рассказывали неведомую сказку, только бы я не проснулся раньше срока.

Не знаю, сколько времени прошло в блуждании по космическим просторам, но в какой-то момент меня притянула большая планета. И лишь спустя много лет я узнал, что это был Амаран номер шесть из Геликлианской звёздной системы, которую населяли люди. Развитие населения планеты находилось на стадии феодализма, поэтому о существовании других планет амаранцы ещё не задумывались.

Амаранский год длился немногим более четырёхсот суток.

Из космоса континенты Амарана казались чёрными, с большими буро-зелёными вкраплениями, а океаны – тёмно-красными, с тысячами островов внутри. Над планетой плыл бледно-розовый туман с облаками белого цвета. Если бы я тогда мог рассуждать, то смело назвал бы океаны «наполненными кровью».

Меня тянуло к планете медленно, потом чуть быстрее, и так было, пока я не приблизился к границе атмосферы.

Сначала моему телу стало чуть теплее, а затем и вовсе горячо. Я падал вниз, как метеорит, а из-за высокой скорости воздух подо мной горел, но пламя не обжигало. И даже это не разбудило меня.

Через некоторое время свободного падения я плюхнулся в прохладную воду. Образовалась огромная красная волна, которая отнесла меня к большому острову с чёрными песками. Это было цунами, которое обрушилось на берег, снося всё на своем пути.