Восемь и ещё две истории про ваших знакомых

Широкое треугольное личико, очаровательные прозрачно-розовые перпендикулярные ушки, одуванчиковые волосики, серенькие маленькие глазки у самого носика, узенькие губки, которые, открываясь, образовывали рот – щёлочку. Она что-то оживлённо говорила своей сидящей рядом бабушке. Нестарая ещё бабушка читала электронную книгу и изредка кивала внучке. Осоков подумал: «Почему все чужие дети такие некрасивые?» И у него тут же защемило сердце: «А я что, стал счастливее, от того, что моя дочь красавица? Сколько лет я её не видел?»

Он стал вспоминать и с горечью осознал, что со своей повзрослевшей дочерью он общался давно, в последний раз по телефону в прошлом году, когда поздравлял её с днём рождения – двадцатичетырёхлетием.

Они оба испытывали неловкость от разговора, каждый понимал, что и поздравления, и благодарность за них формальны и необязательны.

Девочка напротив Осокова спрыгнула с лавки, потянула ремешок бабушкиной сумки, её бабуля нехотя закрыла книжку, и они пошли к двери вагона, голос с потолка объявил: «Станция Электросила, следующая станция Парк Победы».

Осоков посмотрел вслед девчонкам, бабушка девочки со спины выглядела совсем не бабушкой: стройные ноги, туфли на «шпильках», узкая талия. «Красивая женщина», – подумал Осоков, и у него опять заныло в груди: «Марина тоже красивая и тоже чужая, как и их дочь Наташка… а виноват я сам».

Теперь тянущая даже не боль, а тоска внутри не отпускала. Осоков не знал, как жить дальше, своего будущего он не видел, навалившиеся проблемы казались неразрешимыми.

Он ехал в свою пустую, во всех смыслах однокомнатную квартиру в Купчино. Ехал он от следователя по фамилии Семёнов, который представился Осокову почему-то Семионовым. Этот упырь с масляной мордой занимался его «делом». Занимался ? это сильно сказано, Осокову было ясно с самого начала, что никого менты не найдут, да и искать не станут, у них есть дела поважнее.

«Надо всё-таки позвонить Сергею, – решил Осоков. – Сколько можно тянуть? Три дня уже прошло».

Выйдя из метро, он решил пройти пешком две остановки до дома, достал телефон.

После пятого гудка Осоков малодушно решил нажать отбой, но не успел, из динамика раздался бодрый голос товарища.

– Объявился! Куда пропал, Онегин!?

Взяв себя в руки, Осоков, не поддержав оптимистический тон Сергея, начал докладывать.

– Серёга, ты сейчас можешь просто послушать минут пять? Есть информация. – Голос дрогнул, Сергей это почувствовал.

– Давай, вываливай питерские новости.