Один против Голливуда

Тогда-то она и рассказала мне о своей молодости, о жизни в ханском дворце, о победоносных войнах великого хана, об интригах и заговорах его советников.

Но из всех рассказов я лучше всего запомнил последний, примерно за час до того, как прабабушка навсегда закрыла глаза. Она подала знак слабеющей рукой, чтобы все, кроме меня, покинули комнату.

– Слушай меня, мой мальчик, – шептали ее губы, – я открою тебе великую тайну. Ничего не записывай, только запоминай. Твой прадед завещал тебе огромное, несметное богатство – сокровища, накопленные им за годы правления, захваченные у покоренных народов.

– Сокровища? Где они? – попытался я вставить вопрос.

– Молчи и запоминай! – последовал ответ. – Сокровища эти спрятаны недалеко. Они, правда, не в самом Коканде, а на территории, ранее подвластной Кокандскому каганату. Твой прадед был великим правителем и очень сильным человеком, но у него была одна слабость – золото. Со всех завоеванных территорий он вывозил караваны с золотом. За долгие годы правления он скопил несметные сокровища, и об этом знали многие – и его собственные советники, и его вечный враг и завистник эмир Бухары Насрулла.

Много их было, врагов и завистников, у великого Мадали-хана. Но твой прадед был очень умным человеком. Он предвидел опасность и решил вывезти сокровища из столицы ханства. Он не доверял своим визирям, будучи уверен, что они всегда готовы предать его, завладеть его богатством, занять его трон. Однажды поздно ночью великий хан спросил моего совета: «Что делать? Где спрятать сокровища?»

Что могла ему посоветовать я, преданная ему всем сердцем, но ничего не смыслящая в дворцовых интригах девушка? Я сказала: «Великий повелитель! Обратись к своему звездочету, он самый мудрый после тебя человек в нашем ханстве, он даст тебе правильный совет».

Великий хан ничего мне не ответил и молча ушел на свою половину. Утром я видела, как дворцовая стража привела к нему звездочета, но мне он тогда ничего не сказал, а сама я не смела его спросить.

Прошло два года. И вот, словно предчувствуя свою скорую гибель от руки коварного Насруллы, он снова заговорил со мной о золоте.

«Помнишь, Фарида, – сказал он, – ты дала мне однажды совет. Я последовал ему: я позвал звездочета. Он выслушал мою просьбу и пообещал дать ответ утром, сказав, что ночью сделает расчеты по звездам. С трудом я дождался утра.

– Ну и что тебе говорят звезды? – спросил я его, едва первые лучи солнца осветили небо.