Предсказание

Когда я подошла, Аня в воздушном розовом платье просто кивнула на дверь в кабинет, мол, не стесняйся, заходи.

– Константин Владимирович, добрый день, – произнося имя генерального директора отчётливо и медленно, я каждый раз размышляла, о чём думали его родители, когда его отец Владимир называл новорождённого сына Константином?

– Марина, садись, пожалуйста. Ты знаешь, твой начальник Антон заболел и выйти на работу не сможет ни сегодня, ни завтра, поэтому тебе придётся его заменить на завтрашней встрече.

– По какому поводу встреча?

– У нас появился новый поставщик, ну, точнее не у нас, а добрые друзья нам его передали.

– Что он поставляет?

– Кофе из Омана. Ты знала, что в Омане выращивают кофе? Оказывается, у них там целые кофейные плантации. В этом году был хороший урожай, образовались излишки и теперь они ищут, куда бы это всё сбыть.

– Есть какая-то документация от них?

– Есть. Аня тебе передаст для изучения. Думаю, не надо тебе рассказывать, что к встрече надо подготовится? – Он внимательно на меня посмотрел, оценивая, надо объяснять или нет.

 – От них будет сам владелец, какой-то шейх местного разлива.

– Хорошо, я тогда пойду готовиться.

И уже в дверях он добавил:

– Марина, встреча – представительский ужин, нужно коктейльное платье или что-то вроде того. Сможешь устроить?

– Конечно, Константин Владимирович.

Глава 2

Хамдан? Нужно ещё что-то добавлять? Господи Боже! Руки сами потянулись к поисковику.

Шейх Хамдан – единственный сын эмира Омана, шейха Заида бин Мохаммеда бин Рашида Аль Нахайяна, рождённый вне брака и усыновлённый в возрасте пятнадцати лет.

Сейчас ему должно быть 36. На фотографии он позирует на скачках в Аскоте. Выглядит красивым, белая кожа, задумчивые карие глаза, иссиня-чёрные волосы, стройная фигура в спортивном костюме. Примечательно, что Хамдан был рождён от чеченской женщины и до усыновления жил и воспитывался в Грозном, а значит, он говорит по-русски. Интересно, насколько хорошо? И будет ли он говорить с нами по-русски или предпочтёт английский?

В одной из новостей было его интервью, в котором он с особой теплотой вспоминал свою мать: «Моя мама была наложницей эмира Омана, шейха Заида бин Мохаммеда бин Рашида Аль Нахайяна, и она мечтала родить эмиру сына.

И её молитвы были услышаны, она дала жизнь единственному сыну эмира. Я вырос в семье мамы, где её все глубоко любили и уважали. Моя мама могла лечить.