Прогулка за Рубикон. Части 1 и 2

Ты даешь дыхание жизни тому, кому его не хватает. О, Амон, Великий, прекрасный, сокровенный Амон…»

В старике Ной узнал старого солдата, с которым он шесть лет назад плавал в Библ за строительным лесом, где вся его команда подверглась неслыханным унижениям. Тогда он в первый раз понял, что Египет слаб.

– Эй, – окликнул он солдата.

– Привет тебе, новое солнце Египта! – ответил тот заплетающимся языком. – Да достигнет слава твоя самых далеких берегов, куда только доходят египетские суда.

– Как живешь?

– Разве это жизнь? Эх вы, знатные господа, живущие на вершинах мира, разве вы знаете, что творится на дне пропасти, да и хотите ли вы это знать!

– Я хочу.

Говори дальше.

Старик долго собирался силами и наконец изрек:

– Наступят дни, когда боги Египта уйдут на небо, и отвращение к миру овладеет людьми. Придут чужие боги, не боги, а демоны, они обступят человека со всех сторон и с хохотом будут тыкать в его маленькую фигурку раскаленными прутьями, а он будет корчиться в клетке, сплетенной из Пустоты.

– Это все?

– Нет, не все.

– Хорошо. Я найду тебя, и ты расскажешь мне все, что тебе известно. Но если хоть одно слово лжи сорвется с твоих губ, я скормлю тебя собакам.

Оставив позади городскую клоаку, Ной снова ощутил свежий запах реки.

Северная окраина города, примыкающая к реке, была застроена красивыми одно-двухэтажными домами из легкого нильского кирпича. Три года назад его дом стоял здесь в гордом одиночестве, посреди густых зарослей ивняка.

Теперь домов стояло много. У ворот некоторых из них слуги с факелами ожидали возвращения хозяев.

Ной долго петлял в лабиринте высоких каменных оград, пока наконец не вышел к своей усадьбе. Дом был освещен. Его размытые очертания проглядывали сквозь плотную завесу из вьющихся растений.

От реки к дому был прорыт канал, в котором стояла большая парусная лодка.

Привратник не сразу его узнал, что привело Ноя в бешенство. «Долго я буду дожидаться, чтобы войти в свой собственный дом, ленивый пес! Открывай ворота и проваливай отсюда».

Привратник завыл, упал на колени и пополз открывать ворота. Не обращая ни на что внимания, Ной быстрыми шагами пересек двор, огибая пруд, заросший водяными лилиями. В проеме арки, за которой начинались комнаты, выстроилась челядь, благоговейно вытаращив глаза. Пройдя переднюю, он попал в просторный холл, а оттуда по длинному коридору – в главную комнату дома.

В очаге горел огонь.