Прогулка за Рубикон. Части 1 и 2

… Как происходит выбор? По спине пробегают мурашки. Возникает легкое головокружение. Мелькает силуэт. Кто-то подает знак. Что это? Судьба? Но что-то явно начинается. Я чувствую: вот она – последняя минута прежней жизни. Все кругом уменьшается в размерах, как будто удаляясь и маня за собой.

Интересно, какие чувства возникают позже, перед расстрелом… “дурак, какой же я дурак”. Или: “я сделал все, что мог”. И надпись на могильном камне: “Он пытался…”

… Что я увидел на другом берегу реки? Ничего такого. Хотя, не знаю, что-то все-таки изменилось.

Шел дождь. Слишком много дождя, как в фильмах Тарковского. Дождь и чувство вины, как в книгах Моэма. Я сидел у окна и наблюдал за стекавшими по стеклу каплями. Они вздрагивали под порывами ветра и двигались зигзагами, сливаясь по пути, оставляя за собой серебристый след.

Что еще? Не помню.

Тогда я впервые почувствовал в себе способность оправдать любой свой поступок и придать мистический смысл тому, что я делаю. Даже своему проигрышу.

Да, я проиграл.

Я сошел с подмостков исторического спектакля под плевки зрительного зала. Чтобы выиграть потом. Чуть позже. Ведь боги всегда выравнивают счет.

Я шел по городу в черном длинном пальто из тонкой шерсти, демонстрируя окружающим легкое высокомерие и полную уверенность в себе. Только моя жена знала, что цена всему этому – грош.

… Меня перестало волновать то, что думают обо мне люди. Уроды, господи, какие же все уроды! Бараны. Жизнь большинства из них не назовешь даже нормальной.

Все только и думают, как уберечь свою задницу. Но получают именно пинком под зад.

Так им и надо! Видит бог, и я, наконец, поверю в возмездие».

Сделать из этой белиберды художественное произведение было крайне сложно. Мне пришлось переписать текст заново. Фактически я провела деконструкцию текста, проникла в его скрытые смыслы, выявила аллюзии и значения второго порядка. А потом сконструировала текст заново. До сих пор не могу понять, как мне удалось довести дело до конца.

Около года я изучала Древний Египет. Причем самые неисследованные страницы его истории – XXI династию. Египтологи, к которым я обращалась за консультацией, только разводили руками.

Потом мы с Виктором полетели в Эфиопию к Балкис. Это была красивая черная женщина с европейскими чертами лица. Я прочла сделанный ею перевод древнеегипетских рукописей, относящихся к нашей истории, но пообещала не разглашать тексты, пока они не появятся в научных изданиях.